Подработка

Раскуроченная даль,
Размороженный февраль.
Будто копотью миров,
Был написан мне закон.
А пушистая Москва
Шепчет, то - кем я не стал.

У кухарки мятый фартук,
Ей ведь не сбежать до марта,
Тёрли тучи в небе ясном
Пятна пролитого масла.
Шепчут звёзды на ладонях:
Отпусти нас, да и только.

Сов не видно белой ночью,
Будто город обесточен.
И все камеры на небе
Прилетели к нам на лето.
А я прячу дом под шапку,
Чтоб не видели лошадку.

Раз, два, три, четыре, пять,
Вышел автор погулять.
И глядя чуть выше крыши,
Будто кошка видит мышек,
Он решил забрать все тучи,
Бутылировать и мучить.

И февраль он заморозит,
И покрасит черным розы,
И уволит он кухарку,
И порвет он ее фартук,
Даже ночью свет отменит,
Чтобы мышек совы ели.

Почему завял подснежник?
Почему шипы так нежно
Колят, будто бы крапива
На базаре прикупила,
Вместе жгучей кислоты,
Только синие цветы?

У кухарки на могиле
Лошадь топчется, и рылом
Раскопала ее гробик,
А там бабочки, да кролик.
И до дома, да под шапкой
По весне, по льдинам шатким

Кролик брёл писать законы,
Чтобы из Москвы на зону
Отправляли всех поэтов.
И поэтому, по лету,
Отправляются они,
Подрабатывать в Магнит.