Скромный, но не трус

Ты никогда не выделялся,
Тихим, скромным был всегда.
От других ничем не отличался,
Порой трусливым считали  тебя.

Однажды подошел ко мне решительно,
Хотел признаться мне в своей любви.
Но не сказал, что неудивительно,
И я, смеясь, назвала трусом визави.

Не стал ты появляться у нас дома,
Резко, неожиданно исчез ты вдруг.
Не знаю, откуда у тебя обида?
Нельзя так поступать, коль зовешься друг.

Долго думала я, голову ломала,
Ну, куда ты мог исчезнуть и пропасть?
Я  даже оправдание тебе искала,
Думала, а не мог ли ты в беду попасть?

И вот тогда, когда тебя не стало,
Я поняла, что не хочу терять тебя.
Тоска настала, и радости в душе не стало,
Пришел испуг, что не свидимся мы никогда.

И вдруг по телевизору, в вечерних новостях
Было интервью с тобой, рассказ о планах и мечтах.
Сказали, как  ты от смерти мирных жителей спасал,
Не раз в бою отвагу, смелость проявлял.

Ушел на фронт, сказали, добровольцем,
Нацистским  силам черным противостоять.
В борьбе с врагом мало быть богомольцем,
С оружием нам надо землю защищать.

Хотел ты вопреки всяким  пересудам,
всем доказать и убедить друзей своих,
Нельзя считать человека трусом,
За то, что он не хочет выделяться от других.

Тебя хвалили, а ты сидел застенчивый и скромный,
Среди других бойцов  вновь был ты неприметный.
Смотрю и думаю, как встретимся, сама тебе скажу,
Что именно за скромность я тебя люблю.