Глава 4

Ещё пять дней отрядом харчевались на исходной.
Конечно, было стрельбище, учил взахлёб матчасть.
И пусть, не занимать смышлёности природной,
Но не хватало мне ещё в бою из-за невежества пропАсть!

А на шестой нас пОдняли почти что по тревоге.
Прошла инфа, что в нашу сторону проникла ДРГ.
И через миг несут нас ноги по раздолбленной дороге,
Стирая пальцы в боевом, стремительном рывке.

Разведка с воздуха узрела диверсантов, -
Что к нам в тылы задумала пробраться, пошалить.
Поэтому поднЯли нас. Спецов – не дилетантов.
Иль уничтожить эту мразь, иль выгнать, или отловить!

Квадрат для поиска мы знали по картинке,
Что коптер нам красиво с поднебесья срисовал.
И направленье вдоль заброшенной тропинки,
Наш Батя, бегло глянув на планшетку, быстро рассчитал.

Глухой район. Ну а оттуда очень, сука, просто,
К нам в тыл зайти. А там жильё, штабы, склады.
И шанс большой, большой – процентов девяносто,
Что их гастроль в тылах у нас наделает беды.

Вот три часа ускоренного, загнанного темпа,
И мы в квадрате нужном, ДРГ идём наперерез.
Все злые, в предвкушенье боя, словно Рэмбо.
Еще минута – две, и кто-то попадает под замес.

Засаду будем ставить здесь – сказал нам Батя.
Они должны вдоль этой тропочки пройти.
И в тот овраг! Донёс до нас, в бинокль глядя.
Ну, и оттуда уж по нОчи в ту деревню поползти

А в той деревне наши. И солярка к танкам!
Да батальона штаб в избушке на краю села.
Так вот, давайте всыплем этим оборзевшим панкам,
Чтоб знали, для чего на свет их мамка родила.

И мы присели, соблюдая осторожность.
Надеясь, что наш Батя все дороги верно рассчитал.
Всем отдыхать. Но если что, секундная готовность.
Ты – Мутный первый смотришь! Вот я и поспал…

Но, все же, я успел поспать. Меня сменили вскоре.
Причем еще не раз у нас менялся смотровой.
Но лучше подождать, имея превосходство в форе,
Чем сходу попадать, вступая во внезапный бой.

И мы дождались. Уж почти смеркаться стало,
Когда в овраг с тропы сошло двенадцать рыл.
Они забились, тяжело дыша, валяся с ног устало.
Но, все ж, смогли пробраться незаметно к нашим в тыл.

Так, пацаны! А вот и наши, сука, замороченные цели.
Пока еще с дороги, лучше сразу им пистонов навалять.
Давайте подождём… Чтоб сели отдохнуть, поели,
И после, начинаем потихонечку в их сторону стрелять.

Минуты три. Присели хлопцы. И глистов угомонили.
Стволы к земле спустили, стали банки с хавкой открывать.
На три секунды обстановку в самотек пустили.
Ведь духом слаб солдат, когда приходит время жрать и спать.

А мы уже давно поспали и давно поели!
И Батя наш уже давно всем цели и задачи пораздал.
Мы замерли. Лишь где-то вдалеке кузнечики запели.
А мы их слушали, пока приказ к началу Батя не отдал.

Взорвался вечер криками да гвалтом автомата.
И вмиг кузнечики замолкли, разбегаясь по кустам.
Вот так, к кому-то в этот вечер и пришла расплата.
И не было ни капли жалости к упавшим в чернозём врагам.

Пошла пальба. Мы бросили в овражек свето-шумовую.
Мелькнули блики и шарахнуло ударною волной.
Батяня бросил перед нами для острастки дымовую.
А мы со флангов кинулись с вражиной в рукопашный бой.

Пять-шесть прыжков. И вот он тот овраг заветный.
Мы залетаем. Кровь в виски стучит. Сжимаю автомат.
Передо мной два гада корчатся. На рукаве шеврон двухцветный.
Еще два рядом с ними с дырками в башке тихонечко лежат.

А кровь стучит. Я бью прикладом первого, ору: «Сдавайся»!
Второго рядом с первым кто-то из моих партнёров приземлил.
Ствол в спину, сапогом в ребро. Лежи не возмущайся.
Пока тебя в переизбытке чувств случайно здесь не пристрелил.

Ещё две очереди резануло воздух, лупануло в уши.
Контроль! Контроль! Услышал я, и понял – пацаны шалят.
Кровь в чернозём из-под обмякшей грузной туши.
А там, вдали, горит… Нет, не земля… Горит закат!

Враг сдался. А чего ему еще прикажешь делать?
За нами шла внезапность, а за ними только страх.
Страх был в глазах. Его я увидал у них. И это не подделать.
И выигрыша с ним не будет! Будет только крах!

Троих скрутили. Восьмерых не вставших обыскали.
Трофеев взяли много. А чего добришку пропадать.
И документы, и стволы, - все с убиенных подобрали.
Да стали, не спеша, в обратную дорогу отбывать.

К исходной прибыли, хвала богам, без происшествий.
Позвали транспорт к точке и помчались по домам.
Побольше б в службе нашей безпотерьных путешествий.
Жаль только на войне нет места бесконечным чудесам.

На базу прибыли и пленных особистам сдали.
А сами мыться, бриться, харчеваться, и конечно, спать.
В мозгу закралась мысль, чтоб за геройство сразу орден дали.
Вот с этой думой завалился на кровать и стал мечтать…