Название «Синий бархат» работает как доминанта всего моего произведения. Это не просто цвет неба или моря, это метафора качества реальности: бархат подразумевает мягкость, глубину, аристократичность и приглушенную роскошь. Этот образ, заявленный в первой строфе («синим бархатом укрылось всё вокруг»), проходит через всё стихотворение, трансформируясь в «тёмный, нежный шёлк» воды и «лунную дорожку», которая пишется «яркими эскизами» по той же бархатной фактуре ночи. Я постарался смешать ощущения. Чтобы не просто видеть море — чтобы почувствовать его кожей («Не вода — а тёмный, нежный шёлк»). Мир не просто затихает, он «умолк в благоговеньи», что добавляет сцене сакральности. Особое внимание я уделил переходу от тактильных ощущений («нежность... рук») к философскому звучанию. Включение в ткань стихотворения «библейского псалма» о Мессии и римских легионерах выводит произведение из раздела простого отдыха на курорте в плоскость исторической памяти, свойственной крымской земле. Это, я думаю, смелое сопряжение интимной лирики с высокой историей оправдано тишиной и величием ночи.
Мы используем файлы cookie для улучшения работы сайта. Оставаясь на сайте, вы соглашаетесь с условиями использования файлов cookies. Чтобы ознакомиться с Политикой обработки персональных данных и файлов cookie, нажмите здесь.