Квазимодо

Симметрия всегда проста,
пока в природе есть уродство, -
себе подобна красота,
и грация имеет сходство.

Безликим кажется парад
прекрасных сосен корабельных,
но как меняется наш взгляд
при виде тех стволов отдельных,

которым с детства не пришлось
носить на шее аксельбанта,
чей рост согнул земную ось
ужасной магией мутанта!

Восторг! И страх! И интерес
скользят по телу исполина,
змеёй вползающего в лес,
как русло Тибра в сердце Рима!

Всему виной седой валун,
немая горная порода -
побег лишился ясных лун
и стал древесным Квазимодо.

Вокруг него кишит народ,
на нём желают делать фото,
любимец публики - урод!
Но разве думал, думал кто-то,

как он годами тосковал,
качаясь в такт с травой унылой,
зачем тогда ночной обвал
снабдил его безумной силой?!

Зачем он выжил, не засох,
зачем ему стальные корни,
зачем всю жизнь смотреть в песок
и клясть судьбы характер вздорный?!

Деревья плачут иногда,
блестя смолой на солнце вещем, -
кора калеки столь тверда,
что каплям не дождаться трещин.

Взмывают в небо сотни крон,
но лишь ему есть место в Гугле,
он спит и видит сладкий сон:
лесной пожар, огонь и угли.