Повтора не будет

Постараться бы выжить, да что-то мешает вовне,
все пихая тоску по щелям в древних страхов стене,
и рисуя у ног оскопленные жадностью дали.
В нервных курсах обменов стирается времени грань.
На запыленных окнах бессмысленно вянет герань,
как прочитанный символ с собой разделенной печали.

В жестком стуке сердец каждый может легко угадать,
повторится ли он на Земле хоть когда-то опять,
чтоб в конце бестолковой строки обозначиться точкой.
По границе вселенной шагают иллюзий полки.
На гранит невозможности память приносит венки
тем, кто в век единения скромно прожил одиночкой.

Невесомости нет. По стекляшкам мгновения колб
расфасован обломками снов притяжения столб,
что на каждую душу забытым пророчеством давит,
заставляя огонь разжигать даже в мертвенный зной
и сливаться навек со смывающей жизни волной
в неуемном желании истину в чем-то поправить.

За обеденным кофе апостолы тихо ворчат
о закладках чертей для утративших веру внучат
и мусолят границы давно не страшащих законов.
За толпою толпа - вот и весь неутешный итог
человечеством пройденных с века Адама дорог,
ибо, видимо, этот формат - идеал для поклонов.

Так и катится все в примитивности тартарары,
забавляясь идеей повтора себя до поры,
и в неверности шага осколки завета минуя.
Только все бесполезно, и душам придется платить
за малюсенький шанс хоть до собственной смерти дожить
без тоски осознанья, что прожил реально, но всуе…