Глава 3

— Пидоры, — Гиви потянулся за спиртным, начинаешь пить с ВорОм, обычная жизнь заканчивается, необычны обстоятельства сильнее. — რთ ჟთ ჱნავლა, ოჲ ეწგჲლთრვ (Ты знала, черт побери)… — Непонятно, к кому он обращался, к Стении, к бутылке или деве Марии, телохранители в криминальном мире несколько другие. Могут пить, курить и иногда спать с красивыми объектами своей работы, при этом стреляя или нанося удары куда надо когда нужно, бесконечный опыт уличных боев, преимущественно городских. Пил он водку чистой, как в России, лучшее средство от поверхностной эмигрантской тоски, разбавлять «беленькую» кубиками льда, которые катает стоящая в углу грозная машина за 20 центов не будет. Гиви был заряженный, Петя не заметил, ножная кобура укорочённого полицейского пистолета «дерринджер» на четыре заряда под патрон «22 магнум» уменьшенной версии «Мини Коп». Присел, достал, навёл на цель двумя руками, бабахнул, переломил надвое, две двустволки в два раза тоще и тяжелее обычных «гномов», достаточно большой живот грузину не мешал, мягкий, как подушка, служил опорой, питался Гиви отменно, сам готовил. Самое главное в жизни любого авторитетного кавказца полноценная еда, живые автомобили, три раза в день заправляющие себя первоклассным топливом, замечания врачей о том, что все силы организм потом тратит на его усвоение, не польза, а нагрузка, Гиви игнорировал, смеялся, Сталин как уставал, по ночам работам, немножко спал днём, а здоровье было, кушал хорошо! На второй ноге прикреплённый к лодыжке, плотно в чехле лежал стандартный «золинген», немецкая стальная хлеборезка со стоком для крови, ничего особенного, выбрал из-за размера в ладонь, складная дубинка «телескоп» была засунута за пояс брюк, совсем не видно, внешне никаких запрещённых во время общения с Ворами предметов у охранника не наблюдалось. Надо сказать, что если бы что не та пошло, шансов у Петра против них двоих кроме колдовства бы не оставалось.

— То есть, давно, — Стения выяснила, что надо, главное понять ответ. Потом, не торопясь, рассказала «бывшему» все, что произошло за время его отсутствия, включая задушенного ей в кинотеатре «Энтузиаст» менеджера собственной туристической компании, Гиви подмигнул, стерва! Любит до конца… Петр не перебивал, спросил, с кем приехал Студент, с Головой или с Кастрюлей, почему нагрузили Таню, как она, на информацию о том, что за ним из столицы выехала зондер-команда, попросил уточнить, куда.

— Во Флориду? Я там никогда не был.

— И не надо, — заметил Гиви, — там опасно. Чего они?

Ивановский Ара   05.07.2025 11:03   Заявить о нарушении

— Автоматчики, — объяснил Петр, — Один козырной, Узбек, служил, сидел и держал.

— И все бросил? — В преступном диалоге обычно задаёт мотив не первая нота, а вторая, первая никакая, ответ, вопрос или реплика, могут так сказать, больше не захочешь, все причастные к постоянному и однообразному потоку пафоса ненужного отбраковываются, реальные пацаны устали ad nauseam от любых дешевых понтов, весьма часто характеризующих блатной спор или беседу, которые часто намеренно длятся слишком долго, подробны, навязчивы и однообразны, кто-то повторяется. Станиславский в них — неприемлем, руки в боки, я самый злодей, взять оппонента голосом — вы меня слышали, товарищ солдат???!!! — как прапорщик в СА в образе, не реально, усмехнутся, строишь из себя, значит, боишься потому, что ты не такой. Будь самим собой, хотя и это не гарантия, надо поймать интонацию разговора, единственный способ, мажор или минор, в каком ключе о чем идёт речь, во всех партитурах свои особенности, не уверен, не говори. Когда Высоцкий играл Жеглова, переигрывал, великим простительно, Гиви говорил без драматических тонов обычным, иногда путая «и» и «ы», «взялы коробкы», Петр его полностью понимал, из семидесяти ВорОв, которых он в своё время знал близко, трое были евреями, пятнадцать русскими, два дагестанца, остальные с юга, Армения, Азербайджан, Грузия, приходилось подстраиваться под неспешную речь и экзотические конструкции грамотных русских слов с кавказским матом, выдержит не всякий, матьегоеб, где творог, который я положил на этот пилотный стол. Впрочем, своё дело они знали, вели себя с ним достойно, потому что он честный. — Арсен чего с ними поехал? Он-то нет! Знали по Коми. — В Коми АССР в лагерях было много «грузин», термин сводный, под него попадали и езиды, и турки-месхетинцы, и сваны, и мингрелы, и даже армяне, чеченцы и грузинские евреи, «швили», жившие в Грузии, и лезгины и талыши, о религии и ее различии речи быть не могло, всем заходила другая вера, чёрная. — Вроде нормальные ребята?

— Вроде нормальные… — Петр забрал у Гиви ответ, подержал на языке в своей колоде и пошёл с него же, — …ребята, Разбойник ко мне поехал, надо уметь. Выбрал нужную сторону, сейчас горд собой, и момент…

— Который не бывает, когда мы хотим, — подхватила Стения, — момент по фарту не приходит, проверяй фарт на кипиш! — Гиви ею восхитился, бомбическая! Вчера ещё изнуряла его в своей томной койке, насилу удовлетворил, пришлось пару, когда выходил из лифта, хотел удариться головой о кнопки, себя убить потому, что не смог с первого, не был совершенным, имела кровать и с Петей, это видно, а теперь сидит между двумя бывшими вчерашними любовниками, хоть бы что! Настолько в себе уверена, спорт дает что ли такую силу, надо хоть зарядку по утрам начать делать.

— Ты что с утра делаешь? — спросила Стения.

— Читаю что-то обычно, смотрю газеты.

— Только пока у тебя есть глаза, выколют, читать ничего не будешь, ослепнешь.

— Хотите сказать, что я под угрозой? — спросил он. — Я расстроился, что прослезился, я упустил свой шанс рискнуть.

— Плакать должна я, а не ты!

— Нет, и если когда-либо будем так считать, только потому, что ты так сейчас сказал, — Петя запротестовал. — Я все понимаю по определению, но поехать с ней обратно я не могу, вынужден отказать, под подпиской о невыезде! Запрещено покидать территорию США, ни одна компания билет не продаст до решения суда, я в компьютере. — Гиви задумался.

«Почему им всем это надо? Возвращать Петю? Зачем скакать за пять вёрст за бутылкой хорошего вина в Большой театр, если оно течёт в твоём районе на кухне из-под крана, подвесили? В России Воров стало не хватать? Непонятно! Слава Славой, кинотеатр «Слава» на шоссе Энтузиастов опекает не он, у него какая цель?Каждая собака храбра у своих ворот храбра, как постелишь, так и отдохнёшь, кто терпит, тому везёт, лиса в очевидцы свой хвост назвАла, чем лететь с осла, лучше падать с коня, биджо. Кому бить, тому кий бильярдный!» Стения так посмотрела на него, осознал, сегодня будет ночевать не дома. Вместо слова «ложь» в Америке употребляют выражение «расхождение во мнениях», если республиканцы из Конгресса заявят, что Земля плоская, заголовок в «Нью-Йорк Таймс» на следующий день будет, конгрессмены не могут договориться о форме Земли, всю правду Петя им не сказал, обычному человеку воровскую правду не осилить! Говядину можно приготовить тысячью способами, если задать стандарт, чтобы у всего населения Земли было как можно меньше возражений, это будет гамбургер из «Мак Дональдса», чем сильна Америка.

— Поехали ко мне? Снял дом, как приехал, посадил розы по всей дороге, помогает. Пожарим чего-нибудь, посмотрим на закат, попьём, поедим, чего вам гаситься, тут свобода! — Вор уверенно вёл машину, в салоне воцарилось молчание, Гиви, не зная, что сказать, задумчиво смотрел на фривей, разница с хайвеем, всякий фривей хайвей, но не всякий high free («хай», «фри»), последний не имеет перекрестков, ограничения скорости или стоящих вдоль дороги закусочных, полных эмигрантов, миг, и вы куда мчались! Петя показал, между дорогой и обочиной узкая полоска выращенного им собственноручно дендрария пестрела цветами, вдоль неё протянулись нескончаемые восточные ковры, Петя притормозил. Он соскочил на землю и стал рвать пунцовые охапки, похожие на розы Алого Короля у подножия Тёмной башни, не обращая внимания на шипы, Стения рассмеялась:

— Все порвешь! Оставь на развод хотя бы? Ты же меня бросил! — Петя, не колеблясь, продолжал рвать левой, неприлично дорогие часы сверкали на солнце хрустальным циферблатом, охраняя точность противоударный маятником, правой прижимая к груди почти полный букет, в траве верещали певучие цикады. На фривеях запрещено движение всего, что может представлять помеху или опасность движению и его маршруту, пешеходов, велосипедистов, бедуинов на верблюдах и прочее, сад никто не тронет.

— И так меня развел… — Стения, конечно, догадалась, зачем бывший Вор нарвал ей цветов, любит и прощает, все это время любил, скучал, но не покраснела, приняла, стала рьяно обрывать лепестки, бросать наземь. Грузин сидел рядом с ней, видя, как ярко-красные наконечники цветов падают на землю, ему казалось, что его встреча с этой мускулистой, смертельной лондонского типа блондинкой, упёртой, безликой, северной вовсе не случайна, что еще там на зоне, когда он мечтал о родном крае Грузии и Москве, об освобождении, в воображении вставала именно такая безымянная грудастая дочь Валгаллы, которая давно его ждала и, возможно, тосковала и грустила, не имея представления, где он. Он так размечтался, что споткнулся о свои собственные мысли и чуть мысленно не упал, беззвучно укоряя себя, ты мужчина, возьми себя в руки! Гиви посмотрел на Петра и невольно улыбнулся, Вор чувствовал себя на возу их жизни полноправным хозяином, подсел к окну и старательно прикалывал к своей рубашке жизнерадостный цветок розы, родина Южная Калифорния. Невдалеке от дороги, поблескивая между кустарников, протекала река Лос-Анджелес, была в разливе, вода — мутная, цвета бутылочного стекла — вышла из берегов и залила луга, кустарники и окрестности, запрудив обнимающую ее бетонную дамбу, наводнения «флад» тут норма, то и дело, поэтому в Калифорнии столько японцев, «джапанов», сливом не испугаешь. Японцы боятся только ниндзя.

— Гиви! Смотри — река!! — воскликнула Стения. — Какая красота!!! — Гиви ушел к берегу, чтобы умыться и хорошенько рассмотреть реку, о которой так много говорили по телевидению: берет начало в горных массивах и протекает через город и долину Сан-Фернандо на юго-восток близ широко известного курорта Лонг-Бич, впадая в Тихий океан, все серьезные преступники и разведчики обожают цветы и чтение. До открытия лос-анджелеского акведука река была источником пресной воды, полное имя «El Río de Nuestra Señora La Reina de Los Ángeles de Porciúncula», «Река Богородицы ангелов из Порсьюнкулы» в честь одноименного праздника монахов-францисканцев, который команда корабля испанского галлиона отметила в предшествующий день, после Порсьюнкула, дело поручили со кан, а она хвосту, в качестве постоянного названия победил Лос-Анджелес. Петр разостлал в тени на земле пиджак, Стения села и оправила на загорелых ногах юбку, на ВорА она не смотрела и почему-то была неразговорчива, не зная, чем расположить ее к себе, Петя встал и прошёлся на руках, немного развеселило, она подсела ближе, ее глаза заблестели. Петя рассказывал, как бригады в Москве готовятся к огромной войне, хотя многое из того, что он говорил, сама не понимала, Гиви слушал с интересом, потом потерялся, за разговором забыли, посмотрели, а он уже купался, раздевшись до трусов, гулко хлопая по воде ладонями, Петр подумал, сейчас как раз уместно спросить Стюшу адрес хостела, как настоящие имя и фамилия волосатого, не как он в постели, не успел, грузин вернулся, Гиви был в полотняной рубашке и в брюках-галифе из мягкой парусины цвета «штаны вождя», заправленных в тупоносые ковбойские сапожки. Бродяга.

Ивановский Ара   05.07.2025 11:05   Заявить о нарушении

— Гиви! Смотри!! — Петр показал на лацкан своего воротника с розой. — Красота!!! — К его костюму в красно-белую полоску подходило.

— Красавчик, — сухо ответил Гиви, его больше интересовало, куда Петя их привезёт. Место, где Петр снял дом, лежало в верховьях Лос-Анджелеса на его левом отлогом «берегу», если смотреть от скалы с потерянной буквой Голливуда. Улицы, узкие и тенистые с востока подходили к центру, с запада упирались в подножие горы, похожей на скаковую лошадь, между седлом и ее спиной тоннель. Как только седан Пети выскочил на седловину, Гиви увидел внизу знакомую картину, зеленая шаль фруктовых садов и виноградников раскинулась плотно вдоль, отчетливо выделялась квадратная площадь с мексиканской католической часовней с крестом на крыше, виднелись низкие белые дома в испанском стиле, изгородь, серебристо-зеленые деревья, наверное, тополя, плохо разбирался, обступившие высокий из красного камня собор старого францисканского монастыря, филиала из Сан-Франциско. Петя приподнялся из-за руля, хотел издали увидеть свой дом, показать друзьям, не мог найти, слишком густая зелень, надёжно скрывающая и улицу, и строения. Только вблизи, когда машина пронеслась по площади и завернула в переулок, в просвете деревьев Вор кивнул на старенькую, изъеденную дождями красную кирпичную виллу с желтым флюгером, крутящимся во все стороны от ветра, гостеприимно раскрытые, выточенные из дерева старые ворота впустили машину, а две ветвистые акации, посаженные, видимо, еще в ту пору, когда здесь все говорили на русском или по-индейски, укрыли ее. У Стении тревожно забилось сердце, к горлу подступили слезы, сделалось так радостно, что захотелось соскочить с машины и бежать по улице вместе с Гиви, взявшись за руки, похоже, вспомнила, как тогда в него втюрилась, у входа на виллу Петя затормозил, не помнил, как очутилась в объятиях Петра, сидя на переднем сидении. Взволнованная, раскрасневшаяся спортсменка обнимала бывшего, прижималась горячими губами к его небритой щеке.

— Ой, какой же ты колючий, — сквозь радостный смех прошептала она и быстро, словно боясь, что это заметит Гиви, оглянулась, посмотрела, он ей так же нравился, в той же степени, как и день назад, на минуту ее брови сдвинулись, лицо сделалось решительным, что она решила? Петя прав, точку в их о ношениях не смог бы поставить правильно и сам Дитмар Эльяшевич Розенталь, знаток русской пунктуации и словесности. Она отвернулась, потом снова обернулась и посмотрела на кавказца веселыми, ехидными, блестящими от радости глазами, немножко стерва, как бы спрашивая, тройничок, ты не против? А Петр, догадавшись, что это и есть то, что она решила, знал ее давно, добродушно улыбнулся, пусть будет третьим. Мужчины брательники.

(2)

Ивановский Ара   05.07.2025 11:09   Заявить о нарушении

— Прошу в дом! Спальня наверху, дети мои… — Стения незаметно подмигнула Гиви, означало: «Я ему как сестра, не будь зверем, сердце ломит?» Грузин не сводил глаз со Стении, ответил таким же: «Конечно, я не ревную.» А могла бы не спросить, поднялись, Стения пошла в ванную, оттуда зажигать в спальне свечи, сняв с себя полотенце, завелась под музыку, в это время внизу в прихожей грянул оркестр, Петр на всю громкость включил колонки, песню «Братья по оружию» рок-группы «Дайр Стрейтс», которую она слышала сотни раз, ее любимая, в конце банда выходит на сцену и виолончелист, потом вбежал, двое крепких мужчин соединились с разных концов с феноменально брутальной Стенией, по характеру похожей на Синтию Ротрок из гонконгский боевиков, женщину-убийцу, потом с разных отверстий, ей нравилось, как их ёршики сильно шуршат внутри неё, проникая. После краткого отдыха Петр принёс из холодильника молочный кисель, который варил вчера, обезжиренное молоко, кукурузный крахмал, ванильный сахар, лимонная цедра, часть молока в крахмал, другую кипятишь, можно изюм, показавшийся девушке кастрюлей замороженного сладкого льда, они поели. Через мгновение с улицы раздались гудки машин, весь двор и его часть были запружены Людьми, собрались и старики в старомодных кавказских папахах, ингуши и чеченцы стояли в стороне, подперев бороды толстыми сучковатыми пальцами на смуглых руках в кольцах, и молодежь в бейсболках и кепках с яркими браслетами, занявшие большую половину двора и часть сада, женщины с детьми и без детей, и молодые девки, смотревшие на окна Петра с надеждой, позовёт, и бывшие матёрые зеки, еще носившие определенную бандитскую форму СССР: кожаные куртки, чёрные брюки «слаксы» и расстегнутая на три пуговицы белая шелковая рубашка с орденами и медалями на груди в виде литых цепей плетения «бисмарк» и Гимнастом посередине, распятым Иисусом Господом нашим Христом или «магендовидом», шестиконечным символом первой авраамической веры, или полумесяцем, все по «поняткам». Было человек 200.

— Петя, выходи! — Один громко закричал. — Забыл, какое число?! Это наш — дом!!!

— В карты проиграл, — заговорщически сообщил Петр Гиви и Стении, — рекомендую одеться. — Оружие, которое Гиви положил на пол, стало бесполезно. — Значит, так… Ты моя жена, ты ее брат, это убери, — так всегда с ВорОм, экспромт, —вы бабло привезли, но оно не здесь. Понятно? Чего массовку устроили?!! — закричал он. — Я спускаюсь!!! — Играл, проигрывал, в опеку взят указом.

— За ним быстро, нах, — перед Гиви стрелой промелькнула верная Петру Стения, Гиви зачертыхался. «Арбат перевернётся, тогда дорога покажется, где больше на пружину нажимают, там она и скрипит, волк, который меня не тронет, пусть живет долго, ловит волк, но и волка ловят! Судьба у умного ищет помощи, у глупого деньги, на сколько?» — Во что, не интересовало, если грешит топор, то грешит и топорище, какая разница, бросит дурак бриллиант в море, сто мудрецов не найдут, хотели бы убить, пришёл бы кто-то один, много приходят мучать, вдруг на одного дёрнется, придётся его убить, надвое вернее, один вяжет, второй вопросы, бьют, а плакать не дают.

— Цкалщи гадаагдо курди, — он собрался наехать, поставили Человека в безвыходное положение, обыграли, дословно «кинуть в воду», но когда спустился, делал это не быстро, на ходу думал, разговор состоялся, Петр стоял напротив мужчины в годах такого же роста и комплекции, сильно пожилого за семьдесят, возможно, тоже ВорА, дружба и вражда сёстры, ау чким, ё-мае, дидас гипучуа, мамой клянусь, мама-джан, чкверас рда, «симон», будь поосторожней.

— Хорошо, — сказал старик в папахе, — мы тебе поверим! Давай загвОздим? Вбей гвоздь, скрепи? — Гиви молча запротестовал, обычаи гор помнил хорошо, они варварские, очень трудно светильнику цивилизации гореть в таких умах, как у этого сурового дела, затворника негатива, понимающего совершенно неправильно американскую жизнь, Калифорния не Кабарда, привычная к деревянному ярму, куда иногда невезучие жертвы случайно просовывают свою голову.

— Какой гвоздь? — шепотом спросила грузина Стения.

— Давай, — сказал Петя. Из толпы вытолкнули какого-то доходягу из тех, что мочатся рядом с собой там же, где живут, эмигранта, прибился к ним где-то, алкаша по виду. Увидев Петра, моментально сдернул с себя шапку, признал, значит, сидел, все ВорЫ один большой механизм, выражение глаз не скроешь, маховик, который почти невозможно остановить. Старик в папахе выше турецкого тюрбана возвышенно закатил подкрашенные оранжевой хной глаза, вынул из кармана длинную блестящую латунную «сотку», 100-миллиметровый мебельный гвоздь, крепкий и широкий для столярного дела.

— На колени! — Доходягу поставили перед Петром, Петр взял гвоздь, показал толпе, она загудела. — В знак скрепления нашей дружбы завтра в 16.00 будут деньги во всех аспектах, Стения, мастерство не забыла? — Вор показал глазами сначала на гвоздь, потом на макушку старика, Стюша сделала шаг вперёд, взяла блестящее жало, приставала живому свидетельству ровно посередине «родничка», детского места, откуда у младенца начинают расти волосики, одна из самых незащищенных зон нашего тела, точный удар кулаком туда силой в 5 кг смертелен обычной, не «подготовленной» рукой, бомжа пробирала дрожь.

— Спокойно, спокойно, — приказала она ему, зарядившись силой от двух мужчин в прекрасной форме. Плотно сомкнув челюсти и зажав длинный гвоздь между безымянным и средним пальцами, на долю секунды прицелилась и с силой вогнала его по самую шляпку вертикально сверху вниз отверженному, ставшему похожим на инопланетянина с втянутой антенной в шлем головы. Чуть не поранив саму руку, вовремя отпустила, крови совсем не было, старик, шатаясь, встал и побрел прочь в сторону от дома Пети и толпы, живая подпись ВорА под соглашением об отсрочке платежа на сутки, откуда было знать, что это его последний день, жизнь у бездомных скучная, хотелось посмотреть, как отнимают хату. Взяли его балластом, мясом, варварский обычай принесли в Россию крымские татары, научившись в Турции, на кол наоборот, вогнать гвоздь в чью-то голову означало обязательство, ей думают, самая важная часть тела, выбирали кого-то, чтобы им пожертвовать, себе нельзя, надо выполнять договор. Говорили, заменяли животными, собаками, кошками, лошадьми, что со стороны ВорОв был беспредел, люди гораздо хуже любых животных, такие «сучности», собака не предаст никогда, приручённый волк, после процедуры «куклу» отпускали, была свободна.

Ивановский Ара   05.07.2025 12:03   Заявить о нарушении

— Ррррррр… — прокатилось рычание толпы. — Ооооо... Ааааааа… В больницу пошёл! — Для того, чтобы вживую увидеть такое, необходимо стечение многих обстоятельств, Гиви и бывшая подруга Пети увидели, новый личный опыт, белые офицеры стрелялись, попав в плен к солдатам Османской империи, воинам с богатой фантазией, сирийцы распарывают живот посмотреть, как там лежат кишки, турки вынимают, вручают самому казнённому в руки, не потеряй, афганцы наматывают на шею. Не жестокость, а необходимость.

— Пусть идёт, — старейшина в папахе показал всему табору на выход, завтра. Качаясь из стороны в сторону, фигура старика медленно исчезла, сделавшись откровенной пустотой, содержащей в себе все, в том числе и эту книгу. При отсутствии необходимой медицинской помощи бомж будет жить ещё долго, вошло, как в масло, превратившись в вертикально вживлённое инородное тело, штырь, с таким можно ходить, есть, пить, говорить, в конце начнёт отмирать мозг, с мечтой о жизни придётся расстаться, если окажут, в общем, тоже, череп пробит, другой тканью не заменишь, металическая смерть, не очень скорая, но верная, застрявшая в сердце пуля, Стения подумала, если пропустить по гвоздю ток высокого напряжения, она сварится?.. Бандиты медленно разошлись, разбирая по пути своих родственников, караван плохих и хороших автомобилей начал разъезжаться, Петр с Гиви и Стюшей вернулись в дом.

— Договор с дьяволом подписан, — Вор сходил в кладовую, вынес новую бутылку, нарезал отличной колбасы, русской и итальянской. — Спрыснем! Ты ж хотел работать с ВорОм? — спросил он Гиви. — Мезареба? — Кайфоломщик, так говорят только с другом, где научился?

— А…а…а, как же иначе, — запнулся Гиви. — Хотел, — охотно признался он. — Верно! Верно! — Тот, кто часто совершает дурные поступки, с мирской точки зрения может выглядеть очень плохим, образ жизни противоречит общепринятому, с воровской напротив, такой может целиком посвятить себя их делу, шкала ценностей диаметрально наоборот, чем хуже, тем лучше, вступит на путь, принесёт большую пользу… Отправная точка пути Воров убеждённость, вся обычная жизнь бессмысленна вообще и решимость воспитать к ней отвращение и отречение, отбросить, Воры ненавидели государство и его инструменты, порабощающие личность, семью, труд, полицию, армию и карьеру, приводимое перечисление могло быть продолжено, не всякому удавалось таких встретить, субкультура старой формации, верха которой доступны даже не для так называемых «приобщенных», а «посвящённых».

— Ну вот, работаешь, и ты тоже, гвозди в кость вгоняешь, — пошутил Петр, с тревогой глядя на Стению, пальцы девушки у основания ладони немного распухли, кожа не содрана. Ударница.

— Ничего, что писала баба? — спросил Гиви. — Будут недовольны
тавис круг зехар, вы там на своём кругу? У нас так не принято!

Ивановский Ара   05.07.2025 12:07   Заявить о нарушении

— Нормально, — Петр повернулся к Стюше, — будут недовольны, скажем, нам шестерит! — Петя топнул ногой, оттолкнул Стению от стола. — Алкоголь — это плохо, дай сюда бутылку, я выпью, а ты лучше поешь!

— Ты манипулируешь людьми, — сказала она ему перед сном эмоционально, трое засыпали на одной вытянутой в прямоугольник подушке, кладутся в США в «кровать на троих», когда в Театре на досках на улице Герцена в Москве ставили одноименный спектакль Милорада Павича, искали такие. — Ты должен измениться, you should to change. — Какая необыкновенная была эта девушка!

— Ты тоже! Should change, глагол после модального употребляется без «to». — Тонкая модальность всегда отличала Петю, обожал «Лунную сонату».

… — Поторчубасим? — Киллер потянулся к сумке, про параллельный мир от него немного узнал лишь соотечественник. — Посвистим? — Армян знал, нельзя быть вместе с подобными Сержанту Людьми, это чревато, могильное обаяние крайне опасно и не нужно. Но что делать? Не мы сильнее!

— Из спальни с Мэри не выходит по восемь часов, — Армян показал на дверь, — один раз зашёл, шторы завешены, все в масле, в детском креме… Порево! Скользят на четырёх костях по паркету. Американки в голову раненые, столько порно с детства пересмотреть, конец голове! При этом курят. Потом в постель… Не как мы, обкуримся, ходим по городу, не прикалывает. Это что? — Киллер набивал в наполовину пустую папиросу сухой травы. — Сено?

— Бес-трава не отсюда, взорви, — Киллер затянулся сам, передал Аре, все армяне в чём-то друг другу родственники, страдальцы и горцы огромной раны под названием Нагорный Каббалах, где много лет каббала своя, кабала. — Почему в Серпухов пришился? Не пошёл в Москве в нормальную ОПГ типа Измайловской или Ореховской?

— Я бы там долго не пробЫл, максимум даже года с моими привычками, проторчал общак весь, узнал, где деньги, сказал кому-то что-то не так, убили бы или сдали мусорам, — с армянской грустью Ара безнадежно махнул рукой, плевать. — Разнесли бы по болотам! Я — не деловой.

— Это я уже понял. Что сюда приехал? — Шаху хотелось лучше его понять.

— Достичь завершения непрерывности своего Пути. Не в Армению обратно же… Возвращаться? И кроме того, кроме того… О чем речь… А ты не боишься?

— Чего?

— …Ошибиться, знаешь всех короткое время!

— Спроси этого вашего Шаббатия, Путь это неведение, заблуждение чистой воды… Наши идеи о том, что мы движемся по какому-то Пути… До тех пор, пока мы будем так думать! Как сны, ты что, веришь в сны? Просветление или достижение конечной точки произойдет тогда, когда мы поймем, что уже давно пришли куда нужно: пережить это на собственном опыте — совершенно другое, эмиграция может быть только вынужденной, экономической или политической, но не криминальной, дома лучше воруется. Я здесь, например, только потому, что не дали спокойно жить в Пятигорске и Москве, слишком заметная фигура! Особенно после того, как тамошнего положенца убили люберецкие бродяги-евреи Партай и Ромей, пацаны из Москвы, рано или поздно…

— Так они убили всю твою семью, дядю?

— Кого это волнует… — Бес-трава начала формировать в воздухе умные круги, с виду хаотические, по сути организованные узоры потустороннего безумия и подлинной бесовщины. Клубы дыма образовывали тени, мужские и женские, пепельно-серые, бледно-зеленые, которые узнавали друг друга, знакомились, начинали заниматься в воздухе любовью, куда ни посмотришь, долбёжка, сотни порноэкранов, Армяну даже послышался приглушённый смех. С помощью огня и легких курильщиков из непроявленной основы бес-травы стала разворачиваться проявленная, обладающая как когнитивными способностями, сознанием, так и материальным аспектом, измерением, быстро становившемся объективным. Демоны под потолком громко подрались, один врезал другому звонкую оплеуху, Армян испуганно втянул голову в плечи.

— Привыкай, — сказал Киллер. — Попроси их о чём-нибудь!

— Помогите нам, пожалуйста, всем когда-нибудь вернуться в Москву, умереть на Родине, а не на чужбине! — Ара перекрестился, Сержант похлопал его по плечу, тебя приняли.

— Теперь бес-трава будет тебе служить, защищать! С ее помощью всегда сможешь со мной связаться, разожги костёр, брось в него или закури, — он знал, как помочь Армяну, для этого надо было попасть в ту песочницу в Орехово, — на ночь набивай кисет, клади под подушку, будешь спать, пушкой не разбудишь. Никому не говори, силу потеряешь, и не слушай вашу ходячую «Библию», служить в церкви надо уметь, Петр ваш нормальный, не зря имел корону, Шаба — отмороженный, возомнила коза себя попом из-за длинной бороды, с «гадами» причащаться. Алтарь в тюрьме единственное место, которое не проверишь, если туда зайдут петухи, лучше в блатсенате, смотрящие за столовой, за больничной!

Ивановский Ара   05.07.2025 12:10   Заявить о нарушении

— Бывший спортсмен.

— Раньше да, теперь нет, и то один на один и желательно на ринге.

— Сидел шесть лет. Если человек отсидел второй, третий год, влился.

— И что? Полное погружение в Систему пятнашка, и я не в е знаю, Петя знает всё! Как в армии, служил, приехал домой, пришёл в зал, получил по голове от наслужившихся у груши за это время!

— Если не там служил.

— Почти все «не там» служили, ты с ним осторожно! Он совсем тут не должен быть, у него какая-то цель, я не интригую, Арсен ничего, но он «пиковый», чёрно-синий, увидит своих, переметнется, ты меня слушай! Вы зачем из Славы еврея сделали, зовёте Изя?

— В шутку, Узбек решил, Израиль не любит. Помогли ошпарить сестренку, приняли к себе, сидел мужиком.

— Ваше дело… — Киллера никогда не интересовала чужая личная жизнь. — Ему это не нравится, видно, я с Узбеком поговорю, не перегните палку, лучше киньте. Хороший пацан, добрый… Надо убирать таких из криминала, ахпер, он в нем гость, будет страдать, держаться до конца, а зачем? Лучше меньше, да лучше, в Афгане я бы его посадил писарем в строевую. Пока все, позже поговорим! — Шах вышел в другую комнату к Петру, Вор помечал воском рубашки карт, вечером игра. Если сам не метил, систему не угадаешь, это не шифровки.

— Азик ваш, понятно! Его надо делать, с пустыми руками приехать обратно не могу, — Киллер показал на плотно закрытую за собой дверь. — Армян сможет управлять казино? Не получать, а хозяйствовать по-взрослому? — Сонное настроение у Петра сняло как рукой, бросил колоду.

— У него плохой английский, с документами не работа.

— Вместе с Джеки? ***в там не ночевал, он тебе не нужен! — Петя поднял брови, о, какой новый знакомый, ставит под сомнение решение командира, правда, был афганцем, отличительная черта, отшельники быстрого реагирования.

— Конечно, — засмеялся он, — взял для прикола! Нам чинил аппарат с водой! — Правильно диспозицию заметил, Женя, Петр дал ему русское имя, блатной мужик и «баклан», бывший флоридский гопник, чудом не ставший конченным нариком.

— Возьми в шофёры Итальянца, Боксёр из бригады, назад ему дороги нет, будет двигаться на совесть! Рогами землю ни пернуть, ни вздохнуть, как дизель в Заполярье. — Вечером Петр торжественно представил Шаха Бэби, старый друг.

— Какой-то слишком серьёзный, я его боюсь, — Ребёнок ночью в кровати прижался к Пете. — Глаза не такие, как у всех, пустые глаза, смотрел фильм «Хайлэндер»? (В русском переводе «Горец».) Такие! Обрёл… Не только пустые, а… спонтанные, ощущение полного присутствия, ничто не отвлекает… заметил? Всегда сосредоточен, расслаблен, только с виду человек! — У подростков глаз острый в силу жестокости и юности.

— Заметил, он все время в состоянии восприятия. Непосредственно того или тех, с кем говорит, таким был Цыган, «Джипси», я тебе рассказывал. Не волнуйся! Он тебя не тронет, Бог послал мне Узбека, чтобы я его тут встретил, это предопределено, один такой стоит пятерых, потом будет с нами, вот увидишь! Это старший снайпер.

— Он — снайпер?

— Был, где-то понял основу бытия, матрицу всего, посмотри на это небо, звёзды, которые мы все время видим! Вселенная будет нас обманывать, казаться нам материальной, помимо этого у неё есть бесконечные поля, параллельные миры и другие вселенные, которые пронизывают ее во всех направлениях, может быть изначальная чистота, базис всего, могут существовать более высокие, недоступные нам миры просветленных, которые в данный момент видеть мы не можем, просветлённые там, а не тут. Основа Вселенной непрерывна, никогда не рождалась, никуда не исчезнет, фундаментальное измерение с точки зрения науки, которое происходит из пробужденного ума, мало, происходит, еще им является! Читала «Солярис», думающий океан пробужден! Этот армянин высочайшего класса образованный эзотэерик-бандит и убийца высокодуховный, такие самые хорошие, самые верные, он не играет! Добрые и чистые, честные, мое счастье! То, что я его встретил, до конца жизни Узбеку буду должен, Узбеку, кто знал? Будете шагать от моей личности! Знаешь, что такое просветление

Ивановский Ара   05.07.2025 12:12   Заявить о нарушении

— Убийца, но просветленный, — Бэби надула губы. — Как в романах, enlightened killer! Что с тобой говорить? Скажу ему, он тебя убьёт… Нет, не знаю! — Петр посмотрел на неё, как на полную дуру, в России все зечки по курсам. — Знаю, конечно, сформулировать не могу! Дай мне, пожалуйста, 300$? На ход ноги? — Петя научил. — В бар с подругами, я задания подготовила. — Пригрозил, начнёшь уроками манкировать, пропускать, объявим тебя Гадом.

— Связался с малолеткой, — Вор шутливо обозначил тумак в ее сторону, смелая, прощаю. — Пора самой начинать работать, сидишь на шее у мамы, скоро исполнять твоего предка будем, заплатила. Ты что, не уважаешь свою мать? — Бэби как ветром сдуло, сегодня ночью покажет ему страстное просветление. Шах, который тихо стоял с той стороны кухни, подойдя по своему обыкновению к зданию из-за угла, слушал, ушёл довольный, раз бывший Вор способен обсуждать по-английски такие темы, вопросов нет. Просветленным он себя не считал, в том мире, где он назло всем выжил без еды, тепла и любой доступной цивилизации помощи, тоже не встречал просветлённых, стал Бессмертным, это да, как даосские святые, но не просветленным. Когда и если мы с вами полностью переживём просветление в какой-то период своей жизни на своем опыте, видимая Вселенная или вселенные, которые предстают перед нами в виде мира или миров, растворятся и исчезнут в изначально чистом источнике-пространстве, иначе изначальной чистоте. С точки зрения квантовой механики эта основа бывает потенциальная, статическая или кинетическая, проявленная, если посмотреть на поверхностные объяснения ее динамики учеными, станет ясным не только происхождение всей Вселенной, а все тайны работы нашего потока бытия, ума, проявленная основа в какой-то момент происходит из потенциальной, вначале было «слово». Посвящение «словом» в таинственном тибетском буддизме «ваджраяны» («Алмазной колеснице») четвёртое, самое последнее, превышающее даже третье посвящение «Великой печати», «махамудры», добившись в которой мастерства, можно запросто проходить сквозь стены, хоть это не цель. Бог-отец имел его и за два дня создал нашу Землю, прости. Господи, кто ему его передал, страшная загадка, есть информация, что инопланетяне, основа одна и в других Вселенных, «Пикник на обочине» вовсе не фантастика, сталкеры среди нас.

Потенциальная основа бесформенное, не обладающее никакими характеристиками, полное сверхатомной энергии и качеств одновременно «нечто» и «ничто», просак, промежуток, самодостаточный или законсервированный внутри пробужденный супергонозис, в какой-то момент из него происходят проявления: вначале появляются пяти видов света, потом пять видов коагулируются, уплотняются и становятся — «сосудом и соком», живыми существами и вмещающим, вопрос, как вы думаете, где мы с вами находимся? В проявленной основе? Или в потенциальной? И там, и там в двух измерениях, каждый момент, каждую секунду испытываем переход из

потенциальной основы в проявленную, потому что каждый момент нашего восприятия, момент сознания, появляясь из ниоткуда, из начальной чистоты-пустоты, любая мысль становится для каждого чем-то, исчезая обратно, растворяясь, если надо, появляясь из нее вновь, пространства между мыслями, какой покажется Ящеру из сна Россия или Америка? Какой момент можно назвать отсчетной точкой круга, по которому мы движемся и по которому проходят наши восприятия или переживания в течение всего дня или же жизней? Она ведь идёт кругами, постоянно повторяясь… Если бы у круга было бы начало, оно было бы, конечно, точкой, значит, к этой точке теоретически можно отнести начало каждого нашего переживания или знакомства, Киллер поставил точку на пребывании Пети во Флориде. Потому что мы появляемся из этого «изначального источника», там же и исчезаем, полностью прекращая свое внешнее существование, которое обладает характеристиками такими и такими, доходим до этой точки, опять появляемся заново Бог знает, где, с какого дня началась Америка, с того, когда мы о ней спросили, судьям не объяснишь, Шах никого не убивал! Возвращал восприятие обоих, палача и жертвы к «чистому», убитый отправлялся в лучшие миры, заказчик больше его никогда не видел и всего того плохого, что с ним было связано.

Что же происходит во время просветления? В нас исчезает фрагментация, которая появилась, когда из потенциальной основы возникла её проявленная часть, появилось видение вселенной, живых существ не обязательно человеческого измерения, и обыденного сознания, в момент просветления эта фрагментация для нас, как для отдельного индивидуума, исчезает на индивидуальном уровне, что реально. Мы перестаем ощущать какую-либо фрагментацию или расщепление, разделенность со всеми остальным «живыми» или «не живым», она же обычный философский дуализм, верх и низ, плюс и минус, жизнь и смерть, «красное» и «синее», высотка на соседнем пустыре это Будда, со всей остальной энергией и явлениями, наше самое тонкое сознание сливается с потенциальной основой, продолжая существовать или функционировать в виде ее пробужденного аспекта, пустота не небытие, основа даже стула, на котором мы сидим, непрерывна, за одним атомом еще и еще, когда мы достигаем просветления, рано или поздно случится, не прекращает свое функционирование ни для нас, ни для остальных, для нас становится нашим телом, находим себя в нем, завершая таким образом путь к себе. Осознать, как самого себя все, что проявляется из нашего сознания, Петя тоже я с точки зрения святых, узнавших свой ум с самого начала с помощью безумной мудрости, танцующих дервишей на костях обычных норм обществе и сознания, танцующей вечный танец. Остальные продолжают скитаться, думая, что истина где-то там, в других городах и странах, это и имел в виду Киллер, посмотри в основу своей души, нахер тебе Америка? И будь счастлив! Объективное измерение то, что может адекватно восприниматься, для кого-то параллельный мир именно она, а для вашего кота что Америка? Таким образом, тот временной отрезок, если вообще время существует, мир появился в тот момент, когда его не было и исчезнет тогда, когда его не будет, требующийся для каждого отдельно взятого персонажа, статического или динамического великой драмы творения, чтобы понять, откуда он, кем является вплоть до того момента, пока вся фрагментация полностью не исчезнет у него в восприятии, относительно называется «путём». До тех пор пока расщепление не исчезнет полностью в нашем сознании, до тех пор пока мы

будем считать себя отдельно взятыми личностями с набором различных, прекрасных и ужасных, выдающихся или низменных качеств, даже если они с просветленной самостью, мы заблуждаемся, пока в нас присутствует заблуждение, обязаны быть в пути, что он святой, святой не знает.

— Жертвую ферзём, — согласился Петя, — вали Орхана, слова не услышишь! — Закон сохранения энергии, иранский гамбит, со стороны Киллера стало в него перетекать, высочайший профессионал, психолог, Бывший становился его большим поклонником, до чего правильный, его б воля, сразу присвоил бы звание бессмертного ВорА.

— Представлю вас Диспетчеру официально, начинаем в Нью-Йорке «Синдикат убийц», рынок знает, исследоваться, рекламироваться не придётся! — Пожалеем азербайджанца, Иран так настрадался на Ближнем востоке, что Новый свет казался в Тегеране многим Чистой землёй, один, ноль.

— Ребёнка возьмём с нами, папу хлопнем и поедем!

— Может, я его, столько дел? Скажи, где живет, я мигом?

— Пусть потрудится, мало ли легко, она — целеустремлённая!

— Потом это поддерживать будет надо, знаешь? Начнёт прыгать, кого ещё? На всех бросаться!

«Значит, судьба у меня такой, — проурчал Гиви, засыпая. — Завтра как угодно достать денег! — Петя Человек надёжный, дал ему такое задание. — Своей позвонить не забудь, — напомнил он сам себе, — сказать, на работе...» Потом он не раз будет вспоминать этот день, изменивший его жизнь, мелкие преступления, копеечный рекет, игра в долг на ипподроме, все это закончится, мы, блатные, навсегда скованы одной цепью, отшлифованной мечтой, о которой постоянно напоминаем своим подругам.

— Люби меня как роза воду, а я тебя как Вор свободу, не сможет роза без воды, а Вор свободу кинуть сможет! Роза гибнет на газонах, молодость на зонах.

Нельзя сначала убивать,
Потом шептать: — Я не нарочно!
Нельзя все время предавать,
Потом молить: — Исправлюсь точно!
Нельзя сначала унижать,
Потом просить: — Прости за шутку!
Нельзя трусливо убегать,
Сказав, что вышел на минутку.

После просветления наша энергия продолжает функционировать или присутствовать в качестве энергии основы, выполняя функции спасения, становится всем, существами и тем, что им не хватает, может помочь, встреча Киллера с командой Петра состоялась

на небесах задолго до их рождения, все наши судьбы в руках Аллаха, славься имя Пророка! У нас, у живых существ, у людей оно происходит в каждый момент на уровне рядовой психической активности, когда в книгах говорится, что осознавание-пробуждение находится в районе «сердца», символически означает основу, источник, который не имеет никакой формы, субстанции, точки отсчета, постоянно метафизически находится у нас в районе середины груди ближе к позвоночнику, и из него постоянно происходят в каждый момент проявление энергии, из потенциально пребывающей основы постоянно появляется проявленная. В районе «сердца» находится точка абсолютного нуля, кармического отсчета, где все спокойно, все тихо, ничего не происходит, потом осознавание разворачивается, и вся активность экзальтированно бушует у нас в черепе, согласно теории, с которой хватит: хочешь уничтожить противника физически, стреляй в физическое тело, вычеркнуть из всех списков истины, пытайся поразить астральное, маме Бэби хотелось чего-то необычного, ее мужа решили столкнуть под поезд.

Конец третьей главы

Ивановский Ара   05.07.2025 12:20   Заявить о нарушении