Последний первоцвет
в её глазах на миг слеза застыла.
– Алёнка, сколько раз такое было?
– Нет, это правда, мама, он не лгал.
– А помнишь наш недавний разговор,
когда отцу и мне пообещала
его оставить и начать сначала?
Твой Николай – рецидивист и вор.
Слова, непостижимые уму,
а Коленька, её сосед по парте,
лиловый первоцвет в холодном марте
дарил, Алёнка верила ему.
Хотелось жить сегодня и сейчас.
Грабёж – такая лёгкая нажива,
но море Айвазовского фальшиво,
а срок реальный был на этот раз.
На две зимы она закрыла дверь
для радостей, привычных развлечений,
и ожидала трепетных мгновений
их встречи, заходя в любимый сквер.
Готовила подарок для него,
колечка два оставила в ломбарде.
На волю вышел он в холодном марте,
как первоцвет лиловый. Оттого
стремился к ней душой в заветный час,
обнять и никогда не расставаться,
но только раз успели повидаться –
суровым был родительский наказ.
Фонарь качал устало головой,
заглядывал в окно с ночной прохладой,
в нём силуэт мужчины за оградой
тревожил сон и нарушал покой.
В его руках застенчивый букет,
но взгляд уже совсем не тот, что прежде..
Пусть унесёт с собою под одеждой
её весны последний первоцвет.
* * *
Он плыл на теплоходе по Оби,
по жизни шёл дорогою туманной,
не искушён её небесной манной,
но нежно связан узами любви.
Просматривая множество страниц,
не ждёт Алёнка призрачных героев:
она, молитвой сердце успокоив,
идёт кормить в любимом сквере птиц.
© Нюра Захарова, 28 мая 2025
Свидетельство о публикации №125062003026
Какое трогательное и нежное произведение!
С уважением!
Лидия Алашеева 19.09.2025 09:09 Заявить о нарушении
Нюра Захарова 20.09.2025 08:36 Заявить о нарушении