Город. Вокруг. Казино

Город. Вокруг. Казино.
Наполняло пространство солнечное небо.
Бежали дети — без ботинок, но с улыбкой на лице,
и шум дороги вторил всем мопедам
и ангелам, что ждали их в конце.

Отелей много — постояльцев мало.
Наполнен дом тревожной суетой.
Как муравьи, заполонили все залы —
китайская элита с камбоджийской нищетой.

Я шёл то по бетону, то по грязи,
босые ноги не боятся доверять.
Оркестру жаб поклон отвесим гордый —
и вместе, хор их, слушая, стоять.

Под проливным дождём —
тут грома вспышки,
что озаряют глади красотой.
Небесные чудесы — словно мышки,
пробравшись, и зайдя в твой дом пустой,

мы обнаружим: деньги, деньги, деньги.
Мы обнаружим карты, вещества.
Мы обнаружим, как двуличны люди,
и ничего не стоят все слова.

Дожди сменялись солнечным закатом,
покато заходя за горизонт.
Любого цвета человек поднимет глазки —
и вспомнит, как когда-то был влюблён.

Держась за руки, мы стремимся выше —
в попытке удержать самих себя.
Мы попадаем в город, где я слышал:
застыло время.
С ним застыл и я.

Музыка, музыка бьётся быстро — в конвульсиях.
Темнота помещения расширяла зрачки.
Я танцую до коликов,
сквозь квадратики крошечные
мне покажется солнышко —
ну хотя бы лучи.

Всё такое красивое, дорогое, фальшивое…
Фишки катятся по столу.
Их меняют на жизнь.

Я залезу в транс. Лейтор
осуществил перевод:
«Получите счастье в ваш дом», —
гласит табличка.

Рядом — птичка.
Поёт. А почему не петь-то?
А почему не пить-то?
А почему в кейхоловой дыре не пережить-то?

Ням-ням — ем джем и пью кокос.
Смотрю на море.
Море — на меня.
Оно без глаз.
Как книга без страницы.
Как кабинет, в котором только фарс.

Тук-тук катился в переулке…
Мне улыбался милый мальчуган,
совсем не знающий о том, что здесь творится,
и как счастливая вода течёт в стакан.

И протечёт вода под камень, крышу —
и убежит на визаран домой.
Я вышел — и увидел только крысу…
И город. Казино.
Собачий вой.