Портрет стихии

               

Мольберт дрожит от ветра на песке,
Как будто чувствует всю мощь прибоя.
И чайка, замершая в вираже,
Кричит о чём-то вечном, над тобою.
А я стою, в руке сжимая кисть,
Ищу тот цвет, что сможет передать
Не синеву, а моря суть и жизнь,
Его характер, стать и благодать.

Вот бирюза — для утренней волны,
Что робко лижет сонный берег, гладкий.
Вот индиго — для той глубины,
Что прячет тайны, горькие и сладкие.
Вот белила — для пены кружевной,
Что на мгновенье вспыхнет и растает.
Как будто жизнь, мелькнувшая весной,
Которой лета так и не хватает.

Я не рисую — я веду рассказ
Без слов, без букв, палитрой и мазками.
О том, как солнца золотистый глаз
Играет с изумрудными волнами.
О том, как бриз, солёный озорник,
Мне путает волос небрежный локон,
И шепчет то, что мой дневник
Хранит под тяжестью закрытых окон.

Мазок за мазком — и вот уже не холст
Передо мной, а целая вселенна.
И горизонт, что так обманчив, прост,
Становится границей сокровенной.
Там, за чертой, где тонет небосвод,
Живут мечты, которым нет названья.
И мой парусник из надежд плывёт
Навстречу бурям или расставаньям.

Я не боюсь. Я здесь, наедине
С великим мастером, что создал море.
И лишь пытаюсь в этом полотне
Поймать хоть отблеск в собственном миноре.
Пусть высохнет и краска, и слеза,
Что от порыва ветра навернулась.
Но на холсте останется гроза,
Что в сердце у меня вчера проснулась.