Тяжела была судьба Галича...

Откровение

Тяжела была судьба Галича,
Александра Аркадьевича.
Я купил его книжку давеча,
Бежавшего Гинзбурга-Галича
Из страны, не понятой им,
Он будто сдирал с неё грим,
Дрался со сталинизмом,
Мазал чёрной краской Отчизну.
В нём умер большой лирик,
Фанатичный еврейский клирик,
Он страдал до отчаяния
От своего и себя непонимания.
Его отовсюду выгнали
Как паршивую из стада овцу,
Будто сердце из груди вырвали,
Кровь размазывая по лицу.
Было, было такое время,
Я тоже жил в эту пору,
Но не вбивал себе в темя
Тему «сталинского террора»,
Как вбивал в своё темя Галич
Александр Аркадьевич.
Я тоже дрался с конторами
С партфункционерами, прокурорами
И всё время искал правду,
Не слушая чью-то браваду,
Не вскипая от ложного гнева
Солженицына и «Посева»,
Как закипали незрелые
Бунтари и перезрелые,
Как тот же лицедей Галич
Александр Аркадьевич,
Породивший Бродских, Высоцких,
Быковых, Серебренниковых и прочих,
Мятущихся, рвущихся к славе,
На самом деле к отраве,
Убивающей здравый дух,
На чём и Галич «попух» –
Еврейский русскоязычный поэт,
Благо с него давно снят запрет.
А я помнил всегда Галича,
Я читал Александра Аркадьевича,
Вот и книжку купил его давеча,
Вот и пишу, чтобы помнили Галича,
В котором умер большой лирик,
Фанатичный еврейский клирик,
Который страдал до отчаяния
От своего и себя непонимания.
Галич был другого замеса –
Из кошерного теста…
Он как мог искал своё место,
Но не пришлись ко двору то песня, то пьеса.
В России нынешней тоже
Кто-то к славе лезет из кожи,
Лицемерно обслуживая власть,
Стараясь попасть в масть…
Кто-то власти говорит правду,
Думая о стране и народе,
Не прислушиваясь ко лжи и браваде,
К стихоплётам, что нынче в моде,
К попам, к заказным «бесогонам»,
Погрязшим в болоте бездонном
Пропагандистской жижи.
Мне честные, скромные ближе,
Не продающие совесть,
Не продающие честь,
Когда к бою зовёт Родина,
Говорящие коротко: «Есть!»

17.06.2025