О трава

О трава


Что о девчонках парни говорят?!
Бывает редко истина слащава...
Ты говорил, что я - смертельный яд,
И добавлял - чистейшая отрава...

Бывать со мной, как будто нюхать клей.
Вдыхать меня, как надышаться газом.
Как аллергия в роще тополей,
Как приворот, испорченный от сглаза.

Раз тяжело - надень противогаз.
Так отдались, и принимай глюкозу.
Ломало так, что грезился экстаз,
и ты сближался, увеличив дозу.

Ты продолжал инстинктам вопреки,
и не боялся ртути и токсинов...
В глазах играли страсти огоньки,
и ты сдавался искренне-пассивно.

И разжигаясь от вулкана чувств,
ты то пустырник пил, то валерьяну,
затем травился ядом по чуть-чуть,
чтоб резистентность обрести к циану...

И повышая свой иммунитет,
всего себя напитывая тмином,
глотал огнёвку литрами в обед,
эхинацею вместо аспирина
четыре раза в сутки натощак,
как по часам, жевал, не изучая,
зачем пуд перца к каше и борщам,
зачем имбирь к целительному чаю...

Почуяв чуйкой - встреча уж близка,
ты выживал, стараясь быть готовым,
в который раз добавив кипятка к какой-то смеси дягтерно-медовой.

А перед сном жевалось мумиё,
и порошок кореньев лопуховых,
чтоб побороть токсичное моё,
и чтоб не стало снова всё фигово.

Так ловят рыбок юрких на блесну,
так укрощают непокорный норов.
И все ж гуманней, чем меня куснуть,
хлебнуть настойки едких мухоморов.

Меня нет рядом - ты лишился строк.
Тебя нет рядом - множатся токсины.
Как будто в мир ворвался Рагнарёк
и накормил бедой из Хиросимы.

Я говорю, что ты - мой лучший друг.
А ты твердишь, что лучшая подруга.
Но эта близость, будто повар вдруг
нас угостил отравленною фугой.

И все ж начнешь однажды разговор,
не разделив на левых и неправых.
И потечет по венам сладкий мор,
когда вдохнем душистую отраву.

Ты невербально расставляя сеть,
не обратишься к чёртовой микстуре,
тогда и мне захочется болеть,
и лишь тобой вовек температурить...

И кто ж теперь токсичнее из нас?

Протянешь руку и польётся слово,
чтоб источать свой ядовитый газ...

Лизни-кусни, мой птенчик нездоровый!

Коста Мария