Время

Время в детстве словно мячик:               

прыг да прыг и покатилось               

по лужайке как калачик,               

безмятежно, шаловливо.


Подростковость уже  с чувством               

и  летит часто беспутно;               

глядь, и ты уже искусный,               

и  уже ты  почти  путник.


Но потом любовь приходит,               

убивая   время напрочь,               

открывая доступ к одам,               

к темам притч неоднозначных.


А средина потешает               

в остановках раз за разом               

у зеркал, где образ тает               

под присмотром строгим глаза.


Умудренно блажит  старость               

и  былые представленья,               

а забывчивость, как шалость               

умиляет  окруженье.


Далее лишь униженья,               

шепот  его слышен  явно,               

вызывая раздраженье               

у младых, дерзких и славных.


С этим не согласна старость,               

философствуя  фигурой:               

внешность,  мол, это не кара,               

а  искусная скульптура.


А, итожа, так скажу   всем:

"Старость - дар,  так что живите,

тренируйте свои  чресла,
               
себя в старости любите.