2. 40. Господин артист

       В королевской тюрьме есть особенная камера, под номером 12 — она рассчитана на тех, кто владеет магией, врожденными навыками и прочими редкими умениями, несвойственными для обычных людей. На окне этой камеры имеется железная заслонка и резистентная решетка с шипами, а дверь открывается только снаружи — магическим ключом, существующим в единственном экземпляре. Казалось бы, выбраться из такой камеры абсолютно невозможно, но…
       Как минимум, одному человеку это сделать удалось, а потому подобный риск надлежало исключить в принципе! Камеру нужно было закрыть навсегда, и эту секретную работу нельзя было перепоручить слугам — ее могли исполнить лишь те, кто был причастен, посвящен и умел держать язык за зубами. Последнее, к слову говоря, было желательно, но необязательно, ибо сплетни сами себя не родят!
       Причастных было четверо. Королевский шут, уморительно пыхтя, подтаскивал в коридор тяжелые камни. Король, надев фартук каменщика, размешивал строительный раствор в бадье, а его сын, вооружившись мастерком и закатав рукава, сноровисто замуровывал тюремную решетку. А за ней, яростно сверкая глазами, стоял главный злодей белоленточного комплота — клоун-убийца по имени Злодео.
       — Клоун однажды со смеху помер! Клоун шутил, когда его хоронили! И вот он, последний клоунский номер — он будет вечно смеяться в могиле! — язвительно хохмил Злодео, наблюдая, как стена, отделяющая его от жизни, поднимается все выше и выше. — Не думайте, что вы так легко избавитесь от меня! Однажды я уже вернулся с того света! Вернусь и еще раз — дорожка уже натоптана!
       — Вот это вряд ли… — осклабился шут, плюхая на стену очередной камень. — В этот раз тебе уже нипочем не выбраться — стенки, пол и потолок этой камеры армированы решеткой из резистентного железа! Из этой клетки тебя даже телепортация не вытащит! Да что там телепортация — даже демоны из Инферно там тебя не спасут! Все, отшутился, рыжий черт!
       — Напрасно пыжишься, недомерок! — злобно ощерился клоун. — Я запомню, из-за кого загремел на тот свет! Я к тебе по ночам призраком стану приходить — буду выть в каминной трубе, шипеть под кроватью и бряцать призрачными кандалами! Помяни мое слово, когда-нибудь я сведу тебя с ума!
       — Не обращай внимания, — возразил принц, заметив, что его помощник начинает нервничать. — Призраками имеют шанс стать лишь те, у кого есть причины задерживаться на этом свете. А для этого высокопробного злодея черти уже раскатывают ковровую дорожку, ведущую к самой горячей адской сковородке!
       — Что ж, дружок, мы с тобой вместе будем на ней приплясывать! — елейно ухмыльнулся Злодео. — Волшебный фонограф уже находится в нужных руках! Если я не вернусь за ним — твою занимательную сказку о пятой точке вскоре услышит все королевство! Ой, что тогда буде-ет… Но у тебя, парень, еще есть шанс на спасение: скажи, что господин артист действовал исключительно от твоего имени и по твоему приказу!
       — Не было такого! — тяжело дыша и переводя дух, воскликнул принц.
       — Не было, говоришь? А что же тогда было? Отчего ты тогда глазки смущенно опустил? Уж не потому ли, что дворцовый переворот устроил именно ты! А я-то вообще не при делах! Я всего лишь шутил — я ведь клоун, у меня работа такая…
       — Не слушай мерзавца! — резко перебил его король, забирая мастерок у подуставшего сына. — Злодей будет сочинять любые небылицы и разливаться соловьем, чтобы избежать заслуженного наказания… Кстати, а что это за сказка о пятой точке? Было бы интересно ее послушать!
       — Так это можно запросто устроить! — обнадеженно воскликнул клоун. — Предлагаю пари, Ваше Величество — если вы искренне удивитесь услышанному, то амнистируете меня!
       — Ну, давай попробуем… — нехотя промолвил король, взбираясь на козлы и подводя кладку к потолку. — Я сказки люблю!
       — Жила была Жопа — округлая, розовая и юная… — воодушевленно произнес Злодео, декламируя свое собственное литературное произведение — крайне сомнительное и весьма низкопробное. — Жопа эта была не абы чья, а самого настоящего принца! Поэтому Жопа требовала, чтобы ее именовали красиво и благородно — Пятая точка…
       — Я думаю, продолжать эту сказку не стоит, — проворчал принц, уши которого пылали огнем. — Там дальше идет сплошная пошлятина!
       — Ваше Величество! — воскликнул шут, заметив, что король и впрямь заслушался. — Я хорошо знаю этого пройдоху! Мой бывший коллега тот еще мастер болтологии — он к любому в душу с ногами может залезть! Он запросто может убедить вас, что его слова — свет истины! Но на самом деле все, что слетает с его гадких уст, не стоит и выеденного яйца!
       — Да и то правда, — согласился с ним король, прилаживая в стену последний камень. — Эту сказку я дослушаю в исполнении профессионала — нашего придворного летописца. Старый книжник даже если и соврет, то исключительно ради красного словца! А вот если прислушиваться к сплетням в исполнении негодяев — ни к чему хорошему это не приведет! Так что, господин артист, дальше можешь рассказывать свои сказки крысам, что придут тебя слушать. А потом — кушать!
       — Смейся, паяц, над своей горемычной судьбой! — донесся истерический хохот из-за свежевыложенной кладки. — Но хорошо смеется лишь тот, кто смеется последним! А последним всегда смеется клоун! Он еще вернется того света, и тогда кровь будет литься рекой! Кровь! Кровь…
       — Печально, что такой незаурядный талант выродился в живодерню, — сокрушенно покачав головой, произнес шут. — Клоун — это самая сложная артистическая профессия. Научиться можно всему — музыке, песням, танцам, трюкам. Можно даже зайца научить курить, но нельзя научиться смешить людей — это либо дано, либо нет! Поэтому клоуну позволено все, за исключением лишь одного — он не должен повторяться! Если клоун начинает повторяться — значит, он вышел в тираж, и ему пора на пенсию!
       — Теперь ты понимаешь, почему монарх должен быть не только милосердным, но и иногда и суровым! — назидательно изрек король, обращаясь к принцу, но при этом утвердительно кивая в сторону камеры напротив. — Подданные долго помнят королевское добро. Но заслуженные наказания они помнят намного дольше! В особенности, если специально обученные люди будут почаще им об этом напоминать!
       — Насчет моего участия в дворцовом перевороте… — выдавил принц, с трудом подбирая слова. — Тут все сложно, и я не знаю, как это объяснить.
       — Поэтому и не объясняй, — тяжело вздохнув, промолвил король. А потом добавил: — Однажды в детстве я сильно провинился перед своим отцом. Доказательств моей вины не было, и потому отец не стал ни в чем меня обвинять. Он просто вызвал меня в свой кабинет, грустно посмотрел мне в глаза и сказал: «Больше так не делай. Никогда». И этого было достаточно — именно в тот день я и стал взрослым. Надеюсь, что сегодня взрослым стал ты.
       — Надеюсь… — тихо прошептал принц, и его взгляд невольно упал на камеру напротив — на узника, тихо стоящего за решеткой и внимательно слушавшего их разговор. — Постой! Кажется, я тебя уже где-то видел! Насколько помню, тебя зовут Сутяга! Это ведь ты был подручным у Злодео! Это ведь ты притащил меня в чулан, где раньше жил рыжий клоун! Это ведь ты измывался надо мной по его приказу!
       — Господин ошибается! — донеслось из-за решетки. — Я — личный королевский заключенный. Меня зовут Сермяга, и я сижу в этой камере уже восемнадцать лет. Мы, босяки, для вас, господ, все на одно лицо — стоит ли удивляться тому, что вы меня с кем-то спутали?
       — Да неужели?! — в запале произнес принц и недоверчиво покосился на отца, но тот лишь недоуменно пожал плечами. — Что ж, возможно, я и обознался. Извини, личный королевский заключенный, я просто немного устал за последние несколько дней.
       — Всем мы в последнее время немного устали, — поддержал сына король. — А потому всем нам нужно как следует отдохнуть! Причем так, как умеют отдыхать только на королевском дворе — весело, от души и на широкую ногу! И так удачно совпало, что завтра у нас начинается Вишнецвет — главный весенний праздник нашего королевства! Поэтому уже сегодня вечером мы развернем столы прямо во дворе дворца, завалим их едой и выпивкой, пригласим придворных и будем праздновать победу над иноагентами!

       Вишнецвет — праздник особенный! Весь апрель с северных гор дуют суровые ветры, которые изо всех сил пытаются удержать власть зимы над нашей страной. Однако на последней неделе апреля воздушные потоки резко меняют курс, принося тепло из прогретых солнцем восточных степей. А в первый день мая все вишни в королевстве, словно по заказу, покрываются цветами, и это впечатляет до глубины души! Возможно, это какое-то волшебство, а возможно и просто прихоть природы — кто же знает?
       В общем, в тот теплый апрельский вечер была та еще гулянка! Все те, кто непосредственно отстоял королевство от вражеских происков, все те, кто поучаствовал в этой судьбоносной эпопее на вторых ролях и даже те, кому просто повезло оказаться на правильной стороне истории, отмечали победу над белоленточным заговором!
       Главными героями празднества заслуженно стали бывший начальник королевской стражи, ныне щеголявший полковничьими шевронами командора королевской гвардии, и его суженая — секретарша канцелярии Его Величества и по совместительству главная контрразведчица королевства. Именно на плечи этой парочки легла основная работа по выявлению, противодействию и нейтрализации злодейского комплота. Сэр Морион и Миледи блестяще справились с этой работой, проявив находчивость, смекалку и подчас рискуя собственной жизнью! И уже никто не сомневался, что по осени на королевском дворе случится долгожданная свадьба!
       Наиболее эмоционально поздравляла свою племянницу королева — ведь именно Миледи вызволила королевскую семью из вражеского плена. Ну а королева-мать давала будущей невесте детальные напутствия о том, как достойная леди должна себя вести в замужестве, в семье и в постели.
       Принцессе все это было тоже любопытственно, но на последней части ей настоятельно посоветовали заткнуть уши. Ну и ладно — не больно-то и хотелось! Тем более, что теперь принцессе есть с кем поболтать — ведь теперь у нее есть самая настоящая подруга, которая имеет все шансы стать самой настоящей волшебницей!
       Немного наособицу от семьи держался принц. И понятно, почему — сложно быть втянутым в грязную игру и при этом самому не испачкаться! Впрочем, никто ни в чем его не винил — все понимали, что единственный королевский сын когда-то и сам станет королем. А с королями, пусть даже и будущими, в настоящем времени отношений портить не стоит!
       Ну а всеобщее внимание было приковано к королевскому шуту — «главный спаситель» королевства, одетый все в ту же «ангельскую» хламиду и уже порядком потрепанные бумажные крылья, упоенно рассказывал всем присутствующим, как он героически бился с превосходящими вражескими силами: взгляд на взгляд, слово за слово и рюмка на рюмку! Ну а поскольку после каждого такого рассказа герою наливали — под конец шут уже начал заговариваться и приписывать себе такие подвиги, о которых он только мечтал! Включая и то, чего никогда не было между ним и самой королевой!
       Вот только о самом главном своем подвиге шут не смел даже и заикаться, потому что рядом сидели его соратники — настоящие герои, спасшие королевскую казну. Время от времени придворный маг грозил пальчиком чересчур разошедшемуся болтуну. Ну а первый рыцарь украдкой, из-под полы показывал шуту кулак! И второй аргумент выглядел явно более весомым!
       Ну и, конечно, на празднестве присутствовали те, на ком, по сути, и держится королевский двор — слуги. Пусть всего лишь в качестве массовки, но слугам и это за счастье! Придворный церемониймейстер, как обычно, показывал фокусы, лекарь-зануда вещал о здоровом образе жизни, ну а главный конюх был просто самим собой — то бишь пил за троих!
       Присутствовал на этой вечеринке и ваш покорный слуга — придворный летописец, который и рюмочку не пропускал, и закусывать не забывал. Но самое главное, он не забывал слушать! И все, что было сказано на этой гулянке — спьяну ли, с дури ли, или просто от широты душевной, было запомнено и потом записано в пухлый блокнот! Ну а то, что записано оное не дословно, да еще и в литературной доработке — так кому ж до этого есть дело? Массовый читатель ценит полет авторской мысли и красоту печатного слога, а на историчность и правдивость сюжета ему, ей-богу, начхать и растереть!
       Вот примерно как-то так и рождаются сплетни королевского двора. И примерно как-то так состоялась эта книжка, которая уже подходит к своему логическому финалу.

       На празднике победителей не было лишь одного человека — того, что его устроил. Поначалу все задавались вопросом: а где же, собственно, король? А потом всем стало уже все равно. Тем более что, первая фрейлина Ее Величества также не присутствовала на мероприятии. А это с большой степенью вероятности означало, что король тоже где-то отмечает свой успех — в узком кругу, приближенному к телу Его Величества.
       Кто бы знал, насколько необычен был этот круг! Когда гулянка была в самом разгаре, и королевский двор гудел, как растревоженный улей из пчел, дорвавшихся до хмельного меда, Его Величество в поте лица вкалывал в тюремном подвале королевского дворца — в камере №13, куда он поднялся по раздвижной лестнице из канализационного коллектора — через дыру в полу, проделанную невесть кем в незапамятные времена.
       Энергично работая киркой, молотком и зубилом, король собственноручно пробивал дыру в стене соседней камеры — той самой магически защищенной камеры №12, которую он лично замуровывал не далее как полдня назад! А первая фрейлина, одетая в перчатки, косынку и строительный фартук поверх ночной рубашки, с недовольным ворчанием оттаскивала в сторону каменный бой. Время от времени королевская фаворитка встревоженно прислонялась ухом к стенке, прислушиваясь к тому, что происходит в тюремном коридоре.
       — Можешь не нервничать, — произнес король, утирая обильный пот со лба. — Час назад я зашел к тюремной охране, поблагодарил их за бдительность и щедро проставился в честь праздника. Зная наших тюремщиков, я уверен, что сейчас они не просто пьяны в зюзю — парни, наверное, даже выползти из своей каптерки не в состоянии!
       — А я не из-за них беспокоюсь! — возразила первая фрейлина. — У меня нервы уже на пределе, и мне кажется, будто кто-то пристально смотрит мне в спину! За те дни, что нам с тобой пришлось провести в этом сыром каменном мешке, у меня уже не первый раз возникает ощущение, что мы здесь не одни!
       — На призраков намекаешь? — усмехнулся король, вновь принимаясь долбить стену. — Глупости все это — кроме нас с тобой, здесь никого нет! Призраки обычно обитают там, где они расстались с жизнью, а в этой камере никто и никогда не умирал. Судя по всему, ее обитатели благополучно сбежали через канализацию еще во времена моего злодея-прадеда — который, собственно, и построил эту тюрьму. Стены здесь до сих пор крепкие, а вот арматура в них из-за сырости сгнила, хоть и была резистентной… Ну вот, собственно, и все! Где ты там, герой года? Вылезай из своего склепа — твое приключение закончилось!
       — Спектакль закончен, занавес опущен, а зрители разошлись! — сакраментально донеслось из соседней камеры. — Стало быть, и артистам тоже пора по домам! В том числе и тем, кто умер на сцене согласно сценарию!
       — Спору нет, господин артист — свою роль ты отыграл блистательно! — уважительно произнес король, наблюдая, как клоун в рыжем парике осторожно выбирается из пробитой дыры. — Стало быть, не зря я когда-то спас незадачливого шута, зашитого в волчью шкуру, от разъяренной собачьей своры на королевской охоте. Вот судьба мне и вернула должок!
       — Все это случилось только благодаря вам. Это была ваша идея — контролировать иноагентский заговор изнутри. Это вы разыскали меня в бродячей театральной труппе — столько-то лет спустя! Это вы вручили мне волшебные артефакты, каждый из которых стоил больше, чем я мог заработать за всю свою жизнь! Ну и, наконец, именно вы предложили мне сыграть роль моего младшего брата — обезумевшего упыря, которого вы совершенно заслуженно замуровали в соседней камере!
       — И что, совсем никто не догадался, что теперь перед ними уже не тот детский клоун, что когда-то служил при королевском дворе? Хоть его и нет на этом свете уже десять лет, однако людская память бывает весьма цепкой! Порою одного неосторожного жеста, одного неверно сказанного слова оказывается достаточно, чтобы посеять роковые сомнения! А в кругах заговорщиков любые сомнения разрешаются быстро и безжалостно!
       — Я ведь был очень похож на младшего брата, да и разница в годах у нас с ним была невелика. А раз у меня получилось сыграть роль Злодео — значит, артист из меня получился неплохой! Никто из тех, кто раньше был знаком с братом, не почуял подмены, даже отец. Впрочем, с его-то головой… Вы ведь не накажете его за участие в заговоре?
       — Увы, придворный ключник даже и не осознавал, что участвует в каком-то заговоре — он просто качественно выполнял свою работу. Правда, после всего произошедшего я не могу оставить его при дворе — придворные меня точно не поймут! Но зато в нашем городском бедламе есть вакансия ночного сторожа — пусть твой отец теперь там работает. Бдительные слуги везде нужны — даже в сумасшедшем доме, среди тех уникальных личностей, что считают себя абсолютно нормальными, а всех окружающих — больными на всю голову! Теперь ты знаешь на собственном опыте, сколь непросто играть подобного персонажа!
       — Это вы подначили меня, что у вас есть такая роль, которую я ни за что не смог бы сыграть! А для театрального артиста это был тот еще вызов! Возможно, именно потому я и согласился на ваше безумное предложение… Это была воистину игра на грани! Было очень непросто достоверно исполнить роль кровавого маньяка-убийцы — так, чтобы по ходу спектакля никого не прирезать! Но сыграть безымянного героя в маске оказалось еще сложнее! И дело было даже не в том, что в роли Шестого мне приходилось буквально влезать в шкуру реальных персонажей — к этому-то профессиональному актеру не привыкать! Но проклятая маска заставляла меня совершать плохие дела, и даже без Имитатора на лице я ощущал себя злодеем! А одновременно играть доброго и злого персонажа — это просто какой-то разрыв души! Однако я справился и с этим…
       — Полагаю, Шестому сложнее всего было делать то, чего господин артист никогда не умел. Ты не знал, как пользоваться оружием, а по сценарию без этого было никак не обойтись!
       — Это неоспоримый факт — за всю мою долгую жизнь я не держал в руках ничего опаснее кухонного ножа! К счастью, вы поручили меня достойному учителю, да и Вестница Судьбы сама направляла меня — моя задача заключалась лишь в том, чтобы дать волю волшебному клинку. Тех нескольких уроков фехтования, что преподал мне Тень, оказалось достаточно, чтобы напугать священника-развратника, вразумить зарвавшуюся ведьму и победить на дуэли сопляка-принца, который обращался с оружием еще хуже, чем я. Однако выйти на финальную схватку с рыцарем Тьмы Шестой так и не решился — даже с Печатью Судьбы на руке! Извините, что я подвел вас в самый решающий момент!
       — Нет-нет, ты все правильно сделал! В том бою у тебя не было шансов, а вот у фантомной копии первого рыцаря они были. По моему разумению, ты оказался достойным учеником Тени и усвоил из его уроков главное: правильный герой в первую очередь должен думать головой, а не лезть на рожон с очевидным риском для жизни! Так что и эту роль ты тоже отыграл на высоком уровне!
       — Ну что ж, я рад был помочь Вашему Величеству и расплатиться за мою спасенную жизнь своей актерской игрой! — низко раскланявшись, воскликнул артист. — Это определенно была драма, поскольку отважный Шестой геройски погиб, спасая королевство от темных сил! Негодяй Злодео был заслуженно наказан и тоже отправился на тот свет — теперь уже окончательно и безвозвратно! Ну а если персонажей больше нет и играть уже некого — получается, что господин артист сделал свое дело, и может уходить со сцены с чистой душой! Где находится черный выход из вашего удивительного театра — я уже знаю. Счастливо оставаться, Ваше Величество! Удачи вам, ваше заместительство!
       — Ваше заместительство…— задумчиво произнесла первая фрейлина, провожая взглядом героического артиста, который так навсегда и остался безымянным в летописной хронике королевства. — Вроде и правда, а на самом деле обидно. Это как с вашими волшебными артефактами, которые де-факто были дарованы вам Судьбой, а де-юре — присвоены без согласия предыдущего владельца. Так что нет смысла жалеть об утраченном: легко пришло, легко и ушло. С Вестницей Судьбы и Имитатором все более-менее ясно, а вот откуда у вас взялась Печать Судьбы? И что вообще она из себя представляет?
       — Подобные волшебные перстни производятся арт-мастерами Святого Престола — они дают магическую защиту и могут в корне изменить судьбу одного конкретного человека. Ну а свойства самого перстня зависят от руны, которая на нем изображена. В частности, руна «Z» дает обладателю перстня право на справедливое возмездие, и это право подтверждено самой Судьбой. Изучая летописи королевства, я узнал, что Печать Судьбы с символом «Z» фигурировала в качестве трофеев, взятых после победы над белоленточным мятежом девяностолетней давности. Перстень был снят с мертвой руки магистра Фламберга и подарен королю — моему прадеду, а потом бесследно исчез со страниц истории. Когда в позапрошлом году агенты Окуляра в первый раз проникли на наш королевский двор, я озадачился поиском такого тайного места, про которое никто бы не знал, и которое могло бы послужить убежищем для королевской семьи в случае успеха вражеского заговора. Увы, сам я такого убежища не нашел — во дворце просто нет мест, про которые не знали бы слуги, а именно их я и подозревал в первую очередь. И лишь мой личный заключенный, который время от времени выходил в город и собирал там для меня свежие слухи и сплетни, подсказал мне, что в своде канализационного коллектора, как раз под тюремным блоком, имеется загадочная дыра, ведущая непонятно куда, но без раздвижной лестницы до нее не добраться. А у меня такая лестница как раз имелась — в юности я использовал ее, чтобы по вечерам тайком подсматривать в окна спален придворных вертихвосток. Вот так я и оказался в замурованной камере №13, которая стала моим тайным пунктом управления королевским двором на время госпереворота. Печать Судьбы я нашел именно здесь, хотя понятия не имею, как этот артефакт сюда попал. Однако, взяв это колечко в руки, я сразу понял, что оно из себя представляет! Дело в том, что у Печати Судьбы имеется еще одно занятное свойство — с ее помощью судьбоносные потоки может почувствовать даже самый обычный человек! Нужный для меня поток пронизывал две соседние стены и уходил в камеру №11, где я когда-то замуровал безумного клоуна-убийцу. А потом этот незримый поток устремлялся куда-то далеко-далеко — к очень талантливому артисту, жизнь которого оказалась навеки связана с его покойным братом… и со мной. Вот так я и понял, что сама Судьба показывает мне путь решения моей проблемы!
       — Ну что же, проблема, очевидно, решена! — устало улыбнувшись, промолвила первая фрейлина. — Заговор иноагентов раскрыт, все враги повержены, и мы вновь возвращаемся к нашей повседневной жизни — с ее маленькими радостями, бытовыми неурядицами и семейными секретами. Ну и со сплетнями, конечно — куда же без них!
       — Да, так уж получилось, что именно сплетни в этот раз и выручили королевский двор! — усмехнувшись, произнес король, поднимая переносную лампу, подавая своей фаворитке руку и спуская ее на лестницу. — Надолго ли? Время покажет…
       Лестница опустилась вниз, огонь в дыре погас, и в камере №13 наступила гробовая тишина, которая царила здесь последние девяносто лет. Люди навсегда ушли из каменного закутка, напоминающего могильный склеп, и уже не могли видеть, как леди Судьба поставила свой авторский автограф под завершившейся сказкой: на стене замурованной тюремной камеры голубым светом замерцала руна «Z» — древний символ справедливого возмездия.
       И этот удивительный магический свет высветил призрачную фигуру, которая недвижимо стояла и грустно смотрела куда-то вдаль — вслед за тем самым бесконечным потоком, что с легкостью пронизывает время и пространство, причудливым образом соединяя людские судьбы.