Ностальгия

Живу я давно, но не знаю,  насколько я стар?
Мне, кажется, так и не знает ни кто. 
Неизвестно, не знамо, живу я давно.
Я помню гудрон, мы жевали совместно,
А в доме под мусор там было ведро.

Ведро, не стесняйтесь, совсем не пакеты.
Да, в кранах без хлорки была там вода.
В столовой из мяса нам давали котлеты,
Но… время прошло, исчезло всё - никуда.

Сейчас, в оправданье, молодёжь нам говорит,
Что отцы голодали, рацион, мол, был там скудный,
Но так вам скажу, что он не знает и врёт.
Сейчас молодёжь и мозг его просто распухший,
Он жиром заплывший, слоисто фастфудный,
В походе, в лесу молодой без хот-дога умрёт.

Он щавель не ел и в лесу, как растёт, он не видел,
Не ел он сосновые шишки, грибы для него — чудеса.
А ягоды видит только лишь в банках,
И с красивой, красочной крышкой,
И ягоды с крышки, видно, смотрят в глаза.

Ведь жили же мы, когда нет телефонов и нет полицаев,
А в жизни у нас не было там откатных систем.
И если ругались, то там все обиды друг другу прощали,
В то время, не смейтесь, но  глина для нас — лучший крем.

Честно скажу, были изъяны, но было поменьше подонков,
Были воры,  конечно, но пряталось глубже ворьё.
На улицах лица в улыбках и мысли были радушнее,
А если смеялись, то смех от души и был он там звонок.
И в наше время - за десять копеек было кино.

Живу я давно, но не знаю, насколько я стар?
Да и напрасно, пусть никто не гадает,
Я так вам скажу, что с годами морщин не бывает в душе.
Душа молода и она до сих пор в мире том обитает,
А потому название старость – просто  клише.