Дорога на Сталинград. Часть 6. На Берлин

Стояла осень 1944
Наш эшелон на Польшу двинули
В боях обстрелянные, люди тертые
Мы фронт там быстро опрокинули
Бои там были но бои не злобные
Там немец отходил почти без боя
Мы Краков заняли и в эти ночи тёмные
Опасно было там. Не фриц, другое...
Весьма учтивы городские жители
Как обратишься - только улыбаются
Но ненавидят будто их обидели
И режут в спину и следят, стараются
Наши солдаты, да и офицеры
Как в парикмахерскую отойдут
А их зарезали, вот польские манеры
И злоба лютая на нас и город лют
Комбат приказ издал: попробуй выйди
Ходить лишь группой, спины прикрывать
И если нападут то крыть их
На месте недобитков всех стрелять
А мы вдвоем с комроты ходим в город
Мне наплевать, я Сталинград прошёл
Я видел всё, хоть сам то ещё молод
Готов на этот случай ствол
Идём по улице, в новинку всё, глазеем
На здания, порядок, горожан...
Полячки модные, с причёской как в музее
Здесь нет войны, здесь нет на зданиях ран
И вот поляки все что нам навстречу
Увидев форму мордой набок - раз...
Все отворачиваются злобно так, замечу
 О да! Милей им фрицы всем сейчас
Машин там мало было - только конки
Мы сели и вези извозчик нас
Мы едем по проспекту так в сторонке
Красивый город будто мир сейчас
Из Кракова пошли на запад
Их села нищие, дома из кизяков
Соломой крытые, травой и ватой
Вот это Польша ля, их быт таков!
Такого и у ссыльных не бывало!
Таких лохмотьев, нищеты такой!
А вы Европа, мол, культура, бары...
Звиздежь позорный в уши нам с тобой!
Остановил полуторку погреться
Зашли мы в церковь сельскую в селе
Там посидели, служба иноверцев
Поляки чистые и обувь не в земле...
Как служба всё, на улицу вылазят
Мы с ними. Они встали на крыльце
Снимают обувь. И пошли по грязям
Все босиком и в ноября конце!!!
Мы тут вот просто офигели
Мы им: вы босиком чего????
И сапоги в руках - че не одели???
Они: нельзя нам этого того...
Панам лишь можно в обуви
Богатым.
Мы чернь, должны все босиком
Иначе плетью порют, - виноваты
Лишь в церкви в обуви нам можно
Только днём!
Вот это, лять, паны то в Польше рьяны!
Даааа это не Алтай...
Панам давно б мы сняли челобаны...
босым зимой всех заставлять - ну край!
Шли на Берлин и уж в германских сёлах
Тут видно что нормально все живут
Народ одет прилично весь - не голый
И морды не воротят тут...
Ченстохов, Ландсберг, Бреслау, Дрезден
С боями немцы отходили, злясь
А в Дрездене с особенною силой
Там сильные бои, плохая связь...
Союзники их бомбой лупанули
Чтоб не ложить людей за каждый дом...
Так им и надо. Фрицев там нагнули...
Чтобы быстрее драпали потом...
Потом мы брали Мойсен и Торгау
И тяжело на Эльбе Виттенберг
И город Россфайн. Там покрыты славой
Погибшие. Там мин был феерверк
Там наблюдатель был на колокольне
Он фрицев на дорогу наводил
Снимали его долго как я помню
И многих шофёров тот гад убил
Не только нас но и американцев
Шоферы чернокожие средь нас
Все за баранкой. Всем нам там мотаться
И фриц бомбит, да люто, вырви глаз!!!
Но гада вычислив туда тридцать четвёрку
Она шмальнула пару раз - сняла
Те пушки бросили и дёру только
Весь фриц побег, да, вот таки дела!
В Россфайне был концлагерь - сербы
Смеялись, плакали, не верили во всё
Они на танки забирались с вербой
Танкистов обнимали - то да сё!
Все истощённые - ходячие скелеты
И еле как держались на ногах
Они всем сердцем были за Победу!
Ведь столько вынесли - всё видно в их глазах
Почти к Берлину подходить мы стали
И немцев мирных мало - утекли
Их пропагандой лютой запугали
Что их съедят, положат на угли...
Потом поток людей пошёл обратно
Голодные с пожиткой на горбу
Кормили кашей их, чего уж нынче, ладно...
Детей особенно, сплошную худобу...
Артищев Толя, мы в Берлине были
Подъехал, говорю: откуда сам?
Он так и так: Алтай, мол, Бийск, с Сибири!
Земляк-  кричу! Обрадовались там
Стоим мы разговариваем, курим
А пожилые немки нас в кольцо...
Их много. Обступили. Балагурят
И трогают за руки, за лицо...
Ну Толя шпрехал малость по немецки
Что происходит? Он спросил у них
Они: мы удивились. Он советский
С Сибири - мы не видели таких
Нам говорили там все полу люди
Там все с рогами и людей едят...
А он обычный парень - есть не будет...
Мы ржём: Эх, мать, не то вам говорят!
Меня общупали все бабы, да и ладно
Бог с ним, смотрите, нет клыков, рогов...
Мне с немками всё просто и понятно
Не так как польки с дуростью панов...
К нам молодые немки приходили
Новости узнать. Поговорить
Чтоб мы у них хозяевами были -
Имениями их руководить
Эх, серость! Нас все это возмущало
Мы здесь чтобы фашизм добить
И простоим скорей всего здесь мало
Закончим и уйдем в Сибири жить
Как так? Зачем? Они не понимали....
Вы сильные мужчины. Вы у нас
Живите здесь раз нас завоевали!
Мы рады этому! Мы принимаем вас!
-Да вы поймите... - они не сильно понимали
Мы не хозяева! Солдаты мы с войны
Как встанет мир- хотим чтоб нас встречали
На родине. Вернутся пацаны...
А здесь в Германии? Будут немцы не фашисты
Мир будет - гитлеру конец
Надеемся Победа будет быстрой
И к вам с войны вернутся муж, отец...
И мы вернёмся к нашим жёнам, детям
Мир встанет может эдак лет на сто...
Забудутся все рейхи эти
За разговором накрываем стол...
И выпьем с ними, потанцуем
все молодые, на дворе весна...
Ах женщины! Ужимки, поцелуи...
обьятия - какая там война...
У них дороги, ох каки дороги!
Дрезден - Берлин бетонка шли по ней
И сколько танков шло, орудий, дроги
И не царапины! Яичко прям. Ей ей!
Конечно тут была неразбериха
То немцы нас обходят, то мы их
То танки нам сдает все тихо
То на прорыв на нас идёт как псих
В Беелице под самим Берлином
Мы оказались в пекле прям
Немецкие дивизии отныне
На запад прорывались сдаться там
Фашистов англичане привечали
Готовили спустить как псов по нам
Они им преступления прощали
И фрицы лезли к ним по головам
А нашему комбригу Борисенко
Начальник позвонил и так сказал
Что если город сдашь поставлю к стенке
И насмерть он держаться обещал...
А фриц попер с утра на нас из леса
Сплошной поток, он не считал своих
Валили их но поняли, кабздец нам
Их сильно много и поток не стих
Уж город приготовили ко взрыву
Как тигры въедут в город -всех рванём
Комбриг сказал: коль помирать - красиво
И мы готовились что все помрём...
Комкор нас спас- катюши подогнал он
Сорок машин и танки подошли
И дали огонька -их разорвал он
Такие мясорубки тут пошли!!!
Примерно тысячу их в плен, других всех сразу
А после боя я ходил смотреть
Я столько немцев мертвых знал два раза
Здесь в Беелице и в Сталинграде -жесть
Победа - она к нам пришла мгновенно
Радистка прибежала ночью к нам
Победа! Мир! Мы целовали Лену
За эту новость, да что там....
Стреляли в воздух все! Салютовали!
Ну наконец то наступает мир!
Мы слишком многих, многих потеряли
На фронтовых дорогах, командир!
Понятно что домой не сразу
Перевели с Германии во Львов...
В лесах добить фашистскую заразу
Положить в землю всех - закон суров...
Бывало всякое: чутка не сгинул с ходу
Со станции я сел в солдат обоз...
Молоденьких. Напали те уроды
Мы без оружия. В плен с ними довелось...
Я говорил начальству: взвод давайте
Зелёные, из школы все вчера...
А те: внимание не привлекайте...
Вот фраера, мля, точно фраера!
Нас повели всех в лес, раздели
К деревьям привязали всех
И в ноги дров. Совсем уж оборзели
Сожгли живьем тех юных пацанов
Я перетер веревку, развязался
И в лес. Они стреляли очередью вслед
Так я один из всех живой остался
С тех пор в лесах кладу- пощады нет
Но хитро всё. Раз едем мимо поля
Там бабы, девки. Сенокос, валки...
Давай их под стволы. Вот чуйка что ли
А там не бабы в платьях. Мужики...
Мпэшки в тряпки, пулеметы в сено
И в платьях косят - балаган для нас
Мы им всем: дернитесь завалим, откровенно
Те умные, сдались нам все сейчас
За бандеризм статья - четыре года
Чего б не сдаться то?
Как отсидел - гуляй
Начальники-  вот с_чья вся порода
Вредительствуют в этом- так и знай
В конце 1946 дембельнулся
Наш эшелон шёл на Алтай. В Рубцовск.
Семь лет почти, но я живой вернулся
В село. Пшено увидел, ток...
И снова как и прежде шел за плугом
Вел борозду. Пахал весной поля
И солнце надо мной извечным кругом...
Так просит рук мужских, зерна, земля...
***