Неделями

Готов

Прошу, прости мои упрёки
и непристойные слова.
Дарю тебе наполненные строки.
Ты, милая, во всём права.

Не знаю, но сказать я вправе:
– Поэзия Ты, милая, сама!
Поверь, давно не рвусь я к славе.
Ты больше славы для меня.

Я о Тебе готов ночами
писать поэмы и стихи.
Стою пред нежными очами –
ласкают чистые они.

Готов глядеть в них беспрерывно,
но Ты отводишь светлый взор.
Верь, наше счастье неизбывно
с момента встречи до сих пор.


Мы ждали

С тобою, Оля, на комбайне
в деревню въехали, когда
уж не могли хранить мы тайну
в весёлые, как песнь, года.

Была ты в окрылённом счастье.
Мы ждали первенца с тобой.
В свободного покроя платье
была ты нежною со мной,

а я внимательным донельзя.
Ступала осторожно, знать,
ты чувствовала в лоно тельце,
готовилась ты мамой стать.

Скажу тебе я без утайки –
я волновался за тебя,
когда ты плавала в Марайке,
я понял, что растёт семья.


Неделями

На южном берегу у моря
мы жгли с тобою днём костры.
Встречали пасмурные зори,
где не бывали с той поры.
Нам чайки пели, пролетая,
передавали, видимо, привет
с красивого, как песнь, Алтая,
сквозь тучи пробивался свет.

И становился Север мягче.
А может, так казалось нам?
Сиянье Северное ярче
пылало ночью по утрам.
Да ночь там длится по полгода,
неделями пуржит пурга,
не видно даже небосвода,
вокруг одни снега, снега.