ИДОЛ

Тень легла длинной полосой от старого дуба, когда мы вошли в рощу. Дочь опережала меня, ее шаги звучали легко и беззаботно на усыпанной листвой тропе. Здесь, в глубине леса, воздух казался гуще, напоенный запахом прелой земли и вековых стволов. Солнце пробивалось сквозь плотную листву редкими лучами, окрашивая все вокруг в причудливые оттенки изумрудного и золотого.

Мы шли молча, каждый погруженный в свои мысли. Дочь то и дело останавливалась, чтобы поднять с земли необычный листок или камешек, рассматривая их с сосредоточенным видом. Ее глаза, большие и темные, казалось, впитывали в себя все детали этого места, словно она пыталась разгадать какую-то древнюю тайну, скрытую в переплетении корней и шепоте ветра.

Вскоре мы вышли к небольшой поляне, в центре которой возвышался странный каменный монолит. Он был покрыт мхом и лишайниками, а на его плоской вершине виднелись выбитые символы, похожие на письмена давно забытого языка. Дочь подошла к монолиту и прикоснулась к нему ладонью. На мгновение мне показалось, что ее лицо озарилось каким-то внутренним светом, словно она получила ответ на невысказанный вопрос.

Мы пробыли на поляне еще некоторое время, вглядываясь в монолит и пытаясь разгадать его загадку. Но лес хранил свои секреты молча, и нам оставалось лишь гадать о том, что он хотел нам поведать. Когда солнце начало садиться, мы отправились обратно, оставив поляну и ее каменного стража во власти сумерек. Всю дорогу домой дочь молчала, но я чувствовал, что что-то изменилось в ней. Что-то, что она узнала здесь, в глубине старого леса, в присутствии древнего монолита. И я знал, что это знание останется с ней навсегда, как тайна, которую она будет бережно хранить в своем сердце.