Голубое и зеленое,
Зеленое на голубом.
Стальное трепетанье листьев,
И расплавленный воздух кругом.
Лиловое - фиалковое,
На мои волосы венок сплети.
Перебирает лето травинки,
И падает на луг цветов конфетти.
Сиеста на всю жизнь,
Жар, зной, истома.
Мир разленился, затих,
И в дальнем мареве растекание колыхающегося стога.
Хорошо умереть в полдень летом,
Забыться-уснуть в жару.
И закутанный в саван горячего воздуха,
Уплыть-раствориться в синюю-синюю глубину.
Лето. Полдень
© Copyright: Сергей Капцев, 2025
Свидетельство о публикации №125060203428
Свидетельство о публикации №125060203428
Рецензии
Прекрасное стихотворение Сергея Капцева в стиле байронического романтизма, густо замешанного на опытах поэтов начала 20 века. Смелая форма, фривольное жонглирование рифмами и слогами. Облечь надрывность раненой души в летучий и тягучий стих под силу только автору, который дышит поэзией, который не боится отбросить «правильность» и академичность. Мир глазами Сергея — это ожившие полотна Сезанна. Стихотворение — невероятно чувственное и гипнотическое полотно, где цвет, тепло и состояние полуденного покоя сливаются в единый, почти осязаемый миг.
Это стихотворение не описывает летний полдень — оно является им. Это не наблюдение, а погружение в стихию цвета, света и лени, растворение сознания в мареве жары до полной потери границ между «я» и миром.
Произведение начинается с чистых, открытых цветовых пятен, как на полотне импрессиониста: «Голубое и зеленое, / Зеленое на голубом». Это небо и земля, сведённые к своей сути. Цвет здесь — не эпитет, а главный герой, субстанция, из которой соткан мир: «лиловое-фиалковое», «синяя-синяя глубина». Читатель сразу видит эту размытую, сияющую картину.
Поэзия истомы и распада. Кульминация стихотворения — в принятии этой парализующей неги как высшей формы бытия и даже не-бытия. «Сиеста на всю жизнь» — это идеал, полный отказ от суеты. Апогеем становится желание «хорошо умереть в полдень летом». Это не трагическое, а блаженное, экстатическое желание растворения. Смерть здесь лишена ужаса; она — логичное завершение истомы, переход в ещё большую гармонию: «уплыть-раствориться в синюю-синюю глубину». Неба? Моря? Собственного забытья? Всё сливается воедино.
Волшебные и точные детали. Среди цветовых абстракций вспыхивают яркие, почти детские образы: «цветов конфетти», «на мои волосы венок сплети». Они напоминают об игривой, лёгкой стороне лета. А фраза «перебирает лето травинки» олицетворяет само время, которое здесь не летит, а лениво копается в мелочах, как беззаботный гигант.
Длинные, тягучие строки с повторами («синяя-синяя», «уплыть-раствориться») имитируют замедленное дыхание, дремоту, растекание мысли. Стихотворение не движется к цели — оно расстилается, как марево.
Это стихотворение — высшая форма эскапизма, доведённого до философии. Оно предлагает не просто отдохнуть, а полностью капитулировать перед властью прекрасного мгновения, раствориться в нём без остатка, как кристалл соли в тёплой воде. После его прочтения действительно чувствуешь ту самую «истому», замедление пульса и странное, спокойное желание, чтобы этот полдень длился вечно.
Это не просто описание природы, а трансляция состояния. Оно действует как сон в яви, как самый сладкий и глубокий сон под жарким солнцем, где граница между жизнью, сном и смертью становится призрачной и неважной.
Очень красиво и свежо.
Созвучно звучит и другое стихотворение Сергея Капцева, которое не опубликовано на этом портале.
Сергей Капцев - Человек одинокий
И осень, и вечер,
И холод, и ветер.
И путь в неизбежное разум не знает.
И в дальние дали,
В чужие просторы
На розовых крыльях мечта улетает.
Где мир – не преграда,
Где жизнь – не оковы.
Где время ничто и на все есть ответы.
Там счастье как правда,
Любовь словно воздух,
А прошлые вехи смыслом согреты.
Покой – есть награда
И слёз искупленье.
Желанный причал и вечно начало.
В пути по земле
Человек одинокий.
А сердце живое и значит страдало.
И осень, и вечер,
И холод, и ветер.
И звёзд из-за туч алмазов сиянье.
На розовых крыльях
Мечта предвкушает
С Богом души утомленной слиянье.
Андрей Борисович Панкратов 25.12.2025 14:14 • Заявить о нарушении
Это стихотворение не описывает летний полдень — оно является им. Это не наблюдение, а погружение в стихию цвета, света и лени, растворение сознания в мареве жары до полной потери границ между «я» и миром.
Произведение начинается с чистых, открытых цветовых пятен, как на полотне импрессиониста: «Голубое и зеленое, / Зеленое на голубом». Это небо и земля, сведённые к своей сути. Цвет здесь — не эпитет, а главный герой, субстанция, из которой соткан мир: «лиловое-фиалковое», «синяя-синяя глубина». Читатель сразу видит эту размытую, сияющую картину.
Поэзия истомы и распада. Кульминация стихотворения — в принятии этой парализующей неги как высшей формы бытия и даже не-бытия. «Сиеста на всю жизнь» — это идеал, полный отказ от суеты. Апогеем становится желание «хорошо умереть в полдень летом». Это не трагическое, а блаженное, экстатическое желание растворения. Смерть здесь лишена ужаса; она — логичное завершение истомы, переход в ещё большую гармонию: «уплыть-раствориться в синюю-синюю глубину». Неба? Моря? Собственного забытья? Всё сливается воедино.
Волшебные и точные детали. Среди цветовых абстракций вспыхивают яркие, почти детские образы: «цветов конфетти», «на мои волосы венок сплети». Они напоминают об игривой, лёгкой стороне лета. А фраза «перебирает лето травинки» олицетворяет само время, которое здесь не летит, а лениво копается в мелочах, как беззаботный гигант.
Длинные, тягучие строки с повторами («синяя-синяя», «уплыть-раствориться») имитируют замедленное дыхание, дремоту, растекание мысли. Стихотворение не движется к цели — оно расстилается, как марево.
Это стихотворение — высшая форма эскапизма, доведённого до философии. Оно предлагает не просто отдохнуть, а полностью капитулировать перед властью прекрасного мгновения, раствориться в нём без остатка, как кристалл соли в тёплой воде. После его прочтения действительно чувствуешь ту самую «истому», замедление пульса и странное, спокойное желание, чтобы этот полдень длился вечно.
Это не просто описание природы, а трансляция состояния. Оно действует как сон в яви, как самый сладкий и глубокий сон под жарким солнцем, где граница между жизнью, сном и смертью становится призрачной и неважной.
Очень красиво и свежо.
Созвучно звучит и другое стихотворение Сергея Капцева, которое не опубликовано на этом портале.
Сергей Капцев - Человек одинокий
И осень, и вечер,
И холод, и ветер.
И путь в неизбежное разум не знает.
И в дальние дали,
В чужие просторы
На розовых крыльях мечта улетает.
Где мир – не преграда,
Где жизнь – не оковы.
Где время ничто и на все есть ответы.
Там счастье как правда,
Любовь словно воздух,
А прошлые вехи смыслом согреты.
Покой – есть награда
И слёз искупленье.
Желанный причал и вечно начало.
В пути по земле
Человек одинокий.
А сердце живое и значит страдало.
И осень, и вечер,
И холод, и ветер.
И звёзд из-за туч алмазов сиянье.
На розовых крыльях
Мечта предвкушает
С Богом души утомленной слиянье.
Андрей Борисович Панкратов 25.12.2025 14:14 • Заявить о нарушении