Молитва

   
               МОЛИТВА

Авва Отче, прости нас!..  Мы  дети на этой планете.
Ищем счастья в познанье, среди вековых миражей. . .

Погружаемся в мир  –  в календарные мелкие сети,
забываем про смерть в суете наших призрачных дней.

Триединый в Любви  –  не аватар, не гуру-оракул.
Бог живых, а не мёртвых, как Сын Твой давно показал.

Смертность твари  –  Твой враг.  Он по племени Лазаря  плакал.
Его трупу  восстать  –  из могилы  сырой приказал.

Боже,  воля Твоя!  Против смерти  –  любовью дерзанье!
Лишь в бессмертной Любви всё творенье звучит в унисон.

Только древо Креста  –  Древо Жизни и  Древо Познанья:
Без Тебя все "познание" –  временный квантовый сон.

(. . .)
            
Эхо этого лета возникло до всех этих звуков.
Состраданье возникло до всех этих горестных слов.

Жизнь  –  синоним Любви в искушениях  долгой  разлукой.
Смерть  –  хожденье по мукам, над  пропастью грозных валов.
               
Дай нам веры зерно!.. Ты все жалобы, Господи, слышишь.
Не горе приказать  –  сердце  спящее двинуть горе. . .

Боже,  вечную Жизнь Ты, с любовью, нам даруешь  свыше.
Что нам знанье о звёздах, о времени  и о судьбе?

Дар Любви освяти в нас!  О, Господи, я  поневоле
вижу то, что прошло, но не смыла морская вода.

Кровь, пока солона,  бьётся волнами в жилах, до боли:
неужели  уже  –  никогда, никогда, никогда. . .               

Я  –  о ней (. . .)

И о тех, чьи слова были зельем, вином или манной:
их глаза уж давно  –  лишь цветы из могильного рва.

Упокой со святыми: Бориса, Марину  и Анну,
Михаила  и Осипа, Эдгара, Райнера, Льва . . .

(. . .)
               
Миллиарды  глазниц здесь столетьями  взорами  мерят
сушу,  море и выше  –  небесную, звёздную твердь.

Мы не стали богами.  Мы  –  смертные люди и звери.
Здесь  никто среди нас  –  не сильнее, чем общая смерть. . .
               
Отче, в руки Твои провожаем  с надеждой друг друга.
За ограду с крестом, за могильный сосновый порог.

Здесь душа покидает капкан календарного круга.
У Тебя  –  Белый  Камень и вечнозелёный  венок.