Там, где пахло мылом и солнцем

В саду, где липы шепчут с ветром,
Где свет скользит меж листвы и дня,
Там шёлк шагов, забытых эхом,
Как звон, струится вслед за мной, звеня.

На лавке след дыханья вечера,
И шёлк платка дрожит в луче.
Здесь память спит и сны не вечные,
Остыли тенью на плече.

Платок в горошек всё с крахмалом,
Банты небрежны, взор прямой,
И голос чистый, чуть усталый,
Сливался с песнею шальной.

След ускользает будто ветер,
Рассказ, потрепанный дождём.
И в кулаке листок как обещание,
Что всё вернётся не сейчас, потом.

Скакалка, школьная тетрадь,
Кончик пера в чернилах,
И на ногтях невинной складкой
След пластилинового мыла.

На завитке был свет заката,
А в складках платья лепет дня.
В глазах таилась непонятность
Меж детства, ветра и огня.

Никто не знает, где исчезла
Не провожали, не звали вслед.
Но каждый раз в час зыбкой бездны
Возникает образ, как обет.

Над прудом, где растут густые ивы,
Где свет дрожит в прозрачности воды,
Она пройдёт почти неуловима,
Как тень из недосказанной мечты.

Забвенье страж у входа в вечность,
Но время гнётся, как лоза:
И зреет в шепоте беспечность,
И в каплях утренних слеза.