Два Маго

Богема - всегда другие
                О.В. Аронсон
 I

Есть особая живость и прелесть
В знаменитых парижских кафе.
В их уюте рождались и грелись
Сонмы гениев, быв подшофе.

Мир тогда б не узнал Модильяни,
Лафонтена, Массне, Пикассо,
Если б не было встреч и свиданий,
Завертевших судеб колесо.

Мы однажды вдвоём побывали *
В легендарном кафе «Два Маго»,
Там, где мысли живые летали
Меж людьми не от мира сего.

Дух богемы витал в старом зале
Будто призраки звёздных персон
На стенах вековых трепетали.
Жаль, их время исчезло как сон.

Деревянные два истукана
На колоннах сидели одни,
Глядя вниз, и как два старикана
Воскрешали ушедшие дни.

Было время. Под знаком эмблемы
Здесь бывали художник, поэт,
Архитектор, слагатель поэмы,
Строгий критик, писавший памфлет.

Иногда свой досуг проводили
В сих стенах Карбюзье и Верлен. *
Хемингуэй и Фолкнер заходили,
Отдаваясь в приятственный плен.

Чудаки, бунтари, скандалисты,
Набранясь, обсуждали прогресс.
Эпатажные сюрреалисты
Сотворяли взапой манифест.

Невозможно поэтов исчислить,
Кто зелёную фею абсент
Поглощал и в заоблачных мыслях
Сочинял на манжетках фрагмент.

Судьбы Мира всерьёз обсуждались
В клубах дыма, в кухонном чаду.
Возбуждаясь, мыслители дрались
И мирились, снимая вражду.

Тут причудливо судьбы сплетались
В магнетизме заманчивых чар
И поэмы любви нарождались.
Вспомним о Пикассо и Маар… *

                II

Ну а мы, казуальные гости,
Лишь случайно сюда забрели,
Но волшебный невидимый мостик
В мир богемы себе возвели.

Мы вошли, оглядели пространство:
Куст цветов, акварельный пейзаж,
Потолки, стеновое убранство,
Зеркала, остальной антураж.

Только жаль, уже не было места.
Но к дверям подоспевший гарсон
Извинился при помощи жеста,
И вопрос был отчасти решён.

Он провёл нас вперёд на террасы, *
Где поблизости высился храм,
И фонтан голубого окраса
Веял свежесть, приятную нам.

Был тот вечер как чудная сказка:
Старой церкви красивый абрис,
Ветерка шаловливого ласка,
Белой скатерти спущенный низ…

И бульвар в нежно-розовый дымке,
Непонятные блюда в меню.
А гарсон, расплываясь в улыбке,
Протянул мне свою пятерню.

Мы тогда заказали дорадо
Из великого множества блюд.
Но не блюда, а ты мне отрада.
О тебе я пишу сей этюд.

Всё изведать нам в городе надо.
Манит шармом разящий Париж.
В нём мы будем бродить до упада,
Так двойную ты радость даришь.

Я сейчас вспоминаю с любовью
Наших странствий счастливые дни.
Мне в причудливых снах к изголовью
Иногда прилетают они.

От любви в нашем сердце движенье.
В череде впечатлений и смен
Зарождается в ней обновленье.
Дар горенья в любви незабвен.

Но добавим, не меньшая ценность
В бескорыстии чувств и в добре.
Не бросайте любовь. Драгоценность
Пропадает в дырявом ведре.


КОММЕНТАРИИ

… Мы однажды вдвоём побывали / В знаменитом кафе «Два Маго», — "Два Маго" — одно из самых знаменитых кафе в Париже. Расположено напротив романской церкви аббатства Сен-Жермен-де-Пре. Название кафе (Les Deux Magots) можно перевести как «Две фигурки» или «Две статуэтки». Эти фигурки размером почти с человеческий рост до сих пор украшают интерьер заведения. Иногда их называют китайскими болванчиками.
Как и его извечный конкурент «Le Flore», кафе «Два маго» было пристанищем интеллектуальной и творческой публики, одним из символов парижской богемы.
В 1933 году была основана литературная «Премия Двух маготов», которая и по сей день вручается здесь же.

… Иногда свой досуг проводили / В сих стенах Карбюзье и Верлен. / Хемингуэй и Фолкнер заходили… — в конце XIX — начале XX века в кафе «Два Маго» собиралась разношерстная публика. Известные писатели и художники соседствовали с теми, кто лишь мечтал пока о славе и мог иногда рассчитывать на бесплатный обед, которым их угощал хозяин или кто-нибудь из друзей, внезапно получивших гонорар. Начинающие поэты читали здесь свои стихи, а непризнанные художники устраивали выставки картин.

… И причудливо судьбы сплетались. / Вспомним о Пикассо и Маар…— кафе «Два Маго» было одним из любимых мест Пикассо. Там произошла их случайная встреча с Дорой Маар, известным фотографом моды и рекламы, автором оригинальных светских портретов и сюрреалистических фотомонтажей.
Много лет спустя Пикассо рассказал, что Дора в тот вечер была в черных перчатках, вышитых розовыми цветами. Во время застолья Дора начала играть с ножом, втыкая его между пальцами в стол. В какой-то момент она промахнулась и порезала руку. Пикассо попросил Дору отдать ему окровавленные перчатки, а затем до конца жизни держал их в специальной застекленной витрине.
Дора была способна страстно рассуждать об искусстве, равно как говорить на любые технические и философские вопросы, приходившие ей в голову. Это возбуждало Пикассо, и долгое время она была его вдохновительницей и партнёром, давая дельные советы относительно его картин, восхищаясь ими или отвергая их.
Дора Маар не позировала Пикассо, но все же он написал множество ее портретов — графических, классических и кубистских, в шляпе, с зелеными ногтями, в образе химеры.

… Он провёл нас вперёд на террасы, / Где поблизости высился храм, — часть столиков кафе «Два Маго» располагаются на террасах рядом с романской колокольней древней церкви Сен-Жермен-де-Пре и расположенным возле неё фонтаном.