Живём по Оруэллу

1
Живём по Оруэллу уж десятки лет,
Внедрённым новоязом кормят с детства нас.
Провалы - это достижения, таков ответ,
И чёрное зовут уж белым, поменяв окрас.
Не по уму берут на должности, а по родству,
А школы заменяют Храмы до Небес.
Где логика? – Не спрашивай, лишь закуси губу,
И без вопросов, посмотри на всё, как есть.

ПРИПЕВ
Застряли в королевстве мы кривых зеркал,
«Чем хуже нам, тем лучше» - так не встать с колен.
Здесь приближённым можно всё, а для других – закон,
И правды, не измазанной во лжи, теперь уж нет совсем.
Нас бьют свои, наотмашь, чтоб враги боялись,
Но жизнь наладить сами мы себе боимся.
И в бездну пропасти, наперегонки, толкаясь,
Толпой покорной, радуясь стремимся.

2
Загадка в том, что есть такие чудаки,
Кто этой дикой жизнью искренне гордится.
В глазах их блеск, а руки сжаты в кулаки,
Комфортно им обманом этим насладиться.
В пространстве этом, правда – липкий страх,
А смелость – это громче всех кричать с трибуны.
Где доброта – скудеет на глазах,
И с честью, верностью, дела давно угрюмы.

ПРИПЕВ
Застряли в королевстве мы кривых зеркал,
«Чем хуже нам, тем лучше» - так не встать с колен.
Здесь приближённым можно всё, а для других – закон,
И правды, не измазанной во лжи, теперь уж нет совсем.
Нас бьют свои, наотмашь, чтоб враги боялись,
Но жизнь наладить сами мы себе боимся.
И в бездну пропасти, наперегонки, толкаясь,
Толпой покорной, радуясь стремимся.


Самим себе признаться страшно им,
Что мир их яркий – порожденье Лжи.
Реальность скрыта плотной пеленой,
И правды не хотят они, крича: «Молчи!»
Удобней жить слепцом, не задавая лишних фраз,
Чем разбивать подмены истин зыбкий пласт.

3
Но что нас ждёт в конце такого вот пути?
Разбитое корыто, иль пожаров пламя?
И будем ли тогда мы вновь искать ходы,
в душе той Правды лучик, что поднимет Знамя?
Иль так и будем мы гордиться до конца,
Тем миром, исказил что наши лица?
Прозреем? Или чаша та - без дна?
И нечем завтра будет нам гордиться?

ПРИПЕВ
Застряли в королевстве мы кривых зеркал,
«Чем хуже нам, тем лучше» - так не встать с колен.
Здесь приближённым можно всё, а для других – закон,
И правды, не измазанной во лжи, теперь уж нет совсем.
Нас бьют свои, наотмашь, чтоб враги боялись,
Но жизнь наладить сами мы себе боимся.
И в бездну пропасти, наперегонки, толкаясь,
Толпой покорной, радуясь стремимся.