Гл. 2 - испытание часть ш

Победу, память мы не предавали,
Нас предали самих через пол века,
Когда на собственном горбу
Мы испытали,
Во что оценено величье человека!
           Автор

Чрез четверть века после октября
уже совсем другое поколение
своей историей,
            да и своим крещением
на отрывном листке календаря…
Оно на плечи взвалит тяжкий груз   
ответственности
               за судьбу отчизны,          
и сложит головы
               в боях с фашизмом,    
кровь ярости заменит нежных муз!
Уйдут туда, откуда не вернутся,       
Дождём-слезой
         из тех времён прольются!
*
Субботний вечер никакой грозы            
не предвещал.
         Настала ночь – всё тихо…
Чуть забрезжил рассвет,
               и навалилось лихо!
Страна вошла
            в круг адской полосы.
Со свастикой проклятой
                смерть летела,               
а там, внизу, моя Земля горела!
Гудит набат:
       «Вставай страна огромная!»
Зовёт набат народ
                на смертный бой: 
«Вставай, вставай на битву
                с силой тёмною,               
испей до дна 
          страданий чашу полную,
но заслони Великую страну собой!»
*
Как страшен сорок первый!
                Бьют куранты.
И все разделены
             на мёртвых и живых!
Безусые солдаты, лейтенанты,       
забросив нераскрытые таланты,               
уходят в вечность
                от своих родных.
Любви по полной мере
                не познавших,    
и радость первых встреч 
                не испытавших.
Ничто и никогда 
             не скроет эту дату:
Июнь, двадцать второе 
                – чёрное число.
Оно дурную весть собою принесло         
о том, что нет уже
                в живых солдата…
И то былое навсегда ушло,
с ним сердцу близкое
         – взамен его усталость,               
и детство с детством 
            навсегда рассталось,
всё страшной гарью битвы унесло!
Взамен оставив
            только боль и слёзы,               
и нескончаемые грозы…
*
Ещё не понят, не осознан ужас            
войны, крутящей смерти жернова,      
ещё не долетела весть
            о смерти сына, мужа,               
ещё не каждого
           коснулась злая стужа,               
пока войны лишь первая глава…
В глазах тревога, страх,
                упрямые вопросы:            
«Как всё случилось?
                Что произошло?»
Другую песню пели им парт. боссы,       
а там горят хлеба,
          в воронках бомб покосы…
Всё жуткой гарью смерти поросло!
И беженцев измученные лица…
Придётся ли
           назад им возвратиться?
*
А что в Кремле?
            Как всё воспринял он?
Кому так верили,
          считали – Он всё знает!
Пока молчит, пока не отвечает…
Чего же ждёт?
              Пришёл войны закон!
Закон другого мироощущения,               
где смерть и жизнь
                – одно мгновение!
Нарушен жизни ритм, его опередили, 
«перехитрили» в тот июньский час.
Ударили «внезапно»,
                планы развалили,               
в кровавой мясорубке
                жизни молотили
– войны жестокой выполнен заказ!
Стоит, молчит…
             В руке зажата трубка,               
в глазах смятение, раскаяния нет!
Что для страны ещё одна зарубка…
Она её впитает, словно губка…
Он думал, он искал ответ…
Нет угрызений, всё предрешено,            
он чувствует народ сплотит беда!
А там колонны пленных – в никуда…
Им не дано знать замыслы вождя, 
нет, не дано!
(продолжение следует)