Люди как книги

Они сверкают шеренгами корешков, 
С позолотой фальшивой, будто монеты. 
А ты пролистай, и за глянцем их слов 
Страницы пустые, как заголовки газеты. 

Вот том, что с гербом и с печатью венца, 
Но открываешь — там прах, паутина... 
А та, что в потёртой обложке — сердца
Открывает, и видится, будто картина. 

Иные – плакаты... так громки и ярки, 
Но пусто за глянцем, там мысль сожжена. 
А те, что в тени, не кричат, как подарки, 
В их строках — разрывы, и боль, и война. 

Цензура листает и кроет крестом, 
Рвёт главы, а правда бьётся, как в клетке... 
Но мы их считаем – свежим глотком, 
Хоть буквы, как слёзы в помятой жилетке. 

Не верь корешкам, что блестят, как наряды, 
Наследье пустое — их слава хлипка. 
Люди как книги... Их правда — награда
В тех строчках, что словно снаряд у виска. 

А время, как книжник, старый и пьяный,
Смахнёт с полки тех, кто лгал без зазренья... 
Лишь шепот страниц, что рваны и ржавы, 
Останется петь под дождём их забвенья.