За неделю до буйства сиреней

Я вернулся домой за неделю до буйства сиреней.
Шел от станции ближней,  и слушал, как радостно пели
Озорные пичужки, плененные юной листвой.
С каждым шагом до цели заветной  все ближе и ближе.
Я сорвался на бег, предвкушая, как вскоре увижу
Отчий дом, уповая, что он не разрушен войной.

К холодам, как пить дать, было небо за лесом червлёным.
Свежий ветер пленил ароматом цветущих черёмух,
В платьях белого кружева скромно стоящих вдали…
***
Я уже во дворе. Мама дома - за окнами слышен
Ее голос.  А пес как сдурел, и то руки мне лижет,
Очумело виляя хвостом, то протяжно скулит.

В гимнастерке, в дороге пропитанной потом и пылью,
Я стою на крыльце. Почему до сих пор не открыли?!
Неужели не слышат?..  Ну как же?!  Метнувшись к окну,
Слышу голос сестры- Мама, кажется, кто-то стучится!
-В самом деле… Смотри- ка, в окошко какая-то птица
Бьется, словно бы просится в дом. Ох, боюсь - не к добру…
***
На дорожку присев на завалинку отчего дома -
Один из неподсчитанных точно никем миллионов
Не вернувшихся к маме с жестокой войны сыновей,
Что вчера еще был, а сегодня (так вышло) уж не был-
Я,  встряхнувшись, поднялся в высокое чистое небо,
И примкнул к стае белых, летящих в закат  журавлей.