Купчиха

­­­Воцарившись, стоит кафедральным собором
Золотой самовар на престоле стола,
В свите пёстрой застройки из чайных приборов,
Из трактира и рюмочной – в гранях стекла,

В зеркалах баснословны богатства сервиза,
Над святынями блюдцев фарфоровых – нимб –
И на чашках тончайших в изгибах капризных –
Мир фарфора купеческим словом храним.

Расплываются лица как Солнце на небе,
В самоварного золота купол глядясь,
Одаряя ломтями пасхального хлеба,
Красотищей пузатой любуясь, гордясь.

Целый город, обсыпанный сахарной пудрой,
К освященью предстал куличами церквей,
Отстояв на заутрене час изумрудный,
Стал румяней с морозцем, с зарёй розовей.

Строгий взгляд ясных глаз, телом – вся щеголиха,
Пышным тестом всей плоти взойдя на дрожжах,
Держит нимб, отведя чуть мизинец, купчиха,
Многошумны шелка и серёжки из капель дрожат.

На прогулку идут на центральную площадь,
Где сервизом старинным наборным – дома,
Где игрушками скачут извозчик и лошадь
От угла до угла от всего без ума.