Поездка в маршрутке. Подражание Маяковскому!

В маршрутке тесной,
как в бочке сельдей,
сквозь пот
и давку,
средь сумок
и тел,
летит
по ухабам,
скрипит,
как злодей,
микроавтобус –
наш адский отель!

 
Сижу,
прижимая
к груди
портфель.
В окно –
Москва,
в пыли
и в огне.
А рядом –
мигрант,
за баранкой,
как зверь,
водила орёт,
как в кошмарном сне: 
– Кто не оплатил,
билят,
проезд?!
Кто влез,
как вошь,
и сидит,
как пень?!
Плати,
или выкину
в грязный подъезд!
Плати,
или сгинешь
в мой чёрный день! 
Голос его –
как сирена
в ночи,
глаза –
два угля,
что искры
мечут.


Пассажиры
молчат,
в карманах –
мечи,
но каждый боится,
что сам закричит. 


– Эй, ты,
в кепке! –
он тычет
в меня.
– Я заплатил! –
я рявкнул
в ответ.
– Не ври,
билят! –
он вопит,
как змея,
и руль
его пляшет,
как адский балет. 


Маршрутка трясётся,
как в лихорадке,
бабуля в углу
крестится
в страхе,
а он –
как Маяковский,
но в грязной повязке,
громит
всех нас
в словесной атаке! 
– Плати,
или сгинешь! –
орёт,
как набат,
– В кармане твоём,
знаю,
денег навал!
Я сам
мигрант,
но не вор
и не гад,
а ты,
билят,
проезд мой украл! 


Я встал,
как гора,
как сам
Маяковский,
слова –
как снаряды,
летят
изо рта:
– Водила,
уймись,
не ори
по-пустому!
Я заплатил,
вот мой билет,
смотри,
вот он! 


Он глянул,
смолк,
но искры
в глазах,
как будто
я всё же
его обокрал.
Маршрутка летит,
в ней –
война
и размах,
а я –
победитель,
хоть сам
задыхал. 
О, транспорт
народный,
о, тесный
наш ад!
В маршрутке –
как в жизни:
кричим
и орём.
Но я
не сдамся,
я – крепкий
солдат,
сквозь пробки
и ругань
к победе
иду! 


Так едем
мы дальше,
в грязи
и в пыли,
водила ворчит,
но уже
не орёт.


Маршрутка –
наш мир,
где мы вечно
в пути,
а бой
за проезд –
как судьбы
поворот!