Сирени водопад
Был создан мир совсем не нами,
Мы в нем придумали мир свой.
А свет струится над главами,
Не знающих вовек покой.
Заря миндаль в цвету окрасит,
Закат в исходе- опалит,
Огонь страстей лишь страсть погасит,
Тогда, быть может, отболит.
В объятьях тех, кто ждёт и любит,
В объятьях тех, кто верит в нас,-
В объятьях смыслы обретают
Свой дом, где нету : " про запас".
А свет всех тихо обнимает,
И принимает нас, как есть.
А лицемеры всё считают,
Когда играют в слово " честь".
А водопад сирени льётся:
Четыре лепестка в цветке,
Когда для жизни кто проснётся,
Огнём напишут в пустоте.
Твои черты скрывала темень
И звезды Млечного Пути.
Минуй ловцов, для Душ их бредень,
Для всех незнающих Любви.
Я выстрадал твои объятья,
Я понял кто есть в жизни - кто.
Богат наш мир лишь на распятья,
А я ж богат тобой давно.
22.05.2025г. г.Москва
Нагаев И.А
Свидетельство о публикации №125052206262
Глава 1. Сотворение без нас
В начале не было слов. Только свет — текучий, как река, и плотный, как горный хрусталь. Он струился над главами тех, кто ещё не знал покоя, кто только зарождался в колыбели мироздания.
— Был создан мир совсем не нами, — прошептал первый ветер, касаясь ещё не оформленных контуров. — Мы в нём придумали мир свой.
И тут же, словно откликнувшись на шёпот, вспыхнули первые краски: алый край зари, лазурь неба, изумруд зарождающихся лесов.
Свет обнимал всё — без разбора, без суда. Он принимал мир таким, какой он есть: незавершённым, но прекрасным.
Глава 2. Заря и закат: два дыхания жизни
На востоке, где небо встречалось с землёй, расцвёл миндаль. Его лепестки, нежные, как вздох, окрасились в розовый — будто сама заря поцеловала их.
— Заря миндаль в цвету окрасит, — произнёс голос, не принадлежащий ни человеку, ни духу. — Закат в исходе — опалит.
Так шло время:
утром — нежность,
вечером — страсть.
Огонь страстей, разгораясь, гасил сам себя. И тогда, быть может, отболит.
Но между зарёй и закатом — жизнь. В её объятиях те, кто ждёт и любит. В её объятиях — те, кто верит.
Глава 3. Объятья, что дарят смысл
В долине, где ещё не было названий, стояли двое.
Они не знали, кто они. Не помнили, откуда пришли. Но они были. И этого хватало.
— В объятьях тех, кто ждёт и любит, — сказал один, — мы обретаем смыслы.
— В объятьях тех, кто верит в нас, — добавил другой, — мы находим дом.
Их дом не имел стен. Не хранил запасов. Он был — здесь и сейчас.
— Свой дом, где нету «про запас», — прошептал ветер, обнимая их.
И свет, струящийся над главами, тихо принял их. Без условий. Без требований.
Глава 4. Лицемеры и честь
Где‑то вдали, за горизонтом, звучали слова.
«Честь», «долг», «правда» — они катались по устам, как камешки, но не находили дна.
— А лицемеры всё считают, — усмехнулся туман, стелясь по земле. — Когда играют в слово «честь».
Они — те, кто делил мир на «правильное» и «неправильное», — не видели главного: свет не судит. Он просто есть.
Он обнимает всех — и праведника, и грешника. Потому что знает: каждый — часть целого.
Глава 5. Сирени водопад
А в глубине мира, там, где время текло медленнее, распустился водопад.
Не из воды — из сирени.
Его лепестки падали, как тихие молитвы, как невысказанные признания. Каждый цветок — с четырьмя лепестками, как четыре стороны света, как четыре стихии, как четыре дыхания любви.
— Водопад сирени льётся, — прозвучало в тишине. — Четыре лепестка в цветке.
Когда для жизни кто проснётся, огонь напишет в пустоте.
Огонь не разрушения — огонь прозрения.
Он не сжигает — он проявляет.
Глава 6. Тьма и звёзды
Ночью, когда мир затих, темень скрыла черты.
Но не навсегда.
Над головой — Млечный Путь, россыпь звёзд, как следы тех, кто уже прошёл.
— Твои черты скрывала темень, — прошептал голос. — Но звёзды помнят.
Минуй ловцов, для душ их бредень, — прозвучал наказ. — Для всех незнающих любви.
Потому что любовь — не добыча. Не трофей. Она — путь.
Глава 7. Распятья и богатство
Утром он проснулся.
Она лежала рядом, её дыхание было ровным, как прибой.
— Я выстрадал твои объятья, — сказал он. — Я понял, кто есть в жизни — кто.
Мир вокруг был богат на распятья — на испытания, на потери, на боль. Но он был богат ею.
— Богат наш мир лишь на распятья, — повторил он. — А я ж богат тобой давно.
Она открыла глаза. Улыбнулась.
И в этом взгляде — весь мир.
Весь свет.
Весь водопад сирени.
Эпилог. Вечное течение
Водопад продолжал литься.
Заря окрашивала миндаль.
Закат опалял небо.
А свет — всё так же струился над главами.
Потому что мир не кончается.
Он — продолжается.
Алексей Меньшов 07.02.2026 22:05 Заявить о нарушении