К вопросу о тюркизмах в Слове о полку Игореве

  С лёгкой руки казахского поэта и прозаика Олжаса Сулейменова пошла гулять молва, что «Слово о полку Игореве» буквально напичкано тюркизмами (словами тюркского происхождения).
  Давайте познакомимся с характером рассуждений Олжаса Сулейменова на примере главы «Слова о полку Игореве», посвящённой полоцкому князю Всеславу.

  В статье «Оборотень Всеслав в Слове о полку Игореве» (https://dzen.ru/a/Zc3uA3zWMjgfR2b3) я писал о личности полоцкого князя Всеслава и говорил о том, что его современники воспринимали этого князя, как реального оборотня, то есть человека, наделённого сверхъестественной силой и способного превращаться в некоего мифического зверя.
  Ещё раз повторю – современники воспринимали Всеслава, как реального оборотня. То есть они не сомневались в его магических способностях.
  Ещё лет пятьдесят назад чуть ли не в каждой деревне на Руси существовали предания о живших в них когда-то давно или совсем недавно старухах-ведьмах или дедах-колдунах. Как известно, без огня дыма не бывает. Видно и вправду человек способен развивать в себе какие-то сверхъестественные способности. Только для этого, наверное, нужны врождённый талант, наличие учителя и годы, потраченные на усвоение тайных навыков.
  В старину, когда не было у людей ни радио, ни телевидения, ни интернета, ни средств массовой информации, человек имел возможность полностью погрузиться в познание самого себя, своих внутренних сил и способностей.
  Сегодня у людей такой возможности нет. Поток информации настолько поглощает человека, что у него не остаётся времени, которое он может посвятить самопознанию. А сверхизобилие книг и фильмов жанра фэнтези отбило у человека и саму охоту верить, что это сверхъестественное реально.

  В «Слове о полку Игореве» описано, что князь-оборотень Всеслав мог появиться в образе чудовища перед запертыми деревянными воротами города и с трёх укусов мощных челюстей разрушить эти ворота.

  Ещё одной магической особенностью оборотня было в облике этого чудовища мгновенно преодолевать любые расстояния. «Отскочил лютым зверем в полночь из Белгорода, объятый синей мглой», а к утру возник уже у Новгорода. В другой раз он скакнул от городка Дудутки до реки Немиги.
  А далее по ходу повествования автор пишет, что Всеслав «сам в ночь волком рыскавший, из Киева дорыскивал до кур Тмутаракани, великому Хорсу волком путь перерыскивая». То есть за ночь князь-оборотень успевал прибыть и Киева в город Тмутаракань. А расстояние между этими двумя городами около восьмисот километров.

  Вот как описывает эти события автор Слова:
Всеслав князь, людей судивший,
князьям грады рядивший,
а сам в ночь волком рыскавший,
из Киева дорыскивал до кур Тмутаракани,
великому Хорсу волком путь перерыскивал.
Тому в Полоцке
позвонят затреннюю рано
у Святой Софии в колокола,
а он в Киеве звон слышит.

Хоть бы и вещая душа в дерзком теле,
но и он часто бедами страдал.
Тому вещий Боян
на первое припевку, смышлёный, сказывал:
"Ни хитру, ни горазду,
ни птице гораздой
суда божия не миновати".


  Хорс – это бог Солнца. Корневая основа в этом слове – «хор», родственная основам «хар, гар, гор». Сравните, чешское horky, словацкое horuci «горячий»; чешское horet, словацкое horiet «гореть». Солнце горит на небе.
  Корневая основа «хор, хар» в русских словах «харч, харчи, харчевня, харя, махорка (мм!-хорка/гарка)».
  Почему-то наши этимологи считают, что слово Хорс заимствовано русским языком. Вот только, не могут определиться у кого заимствовано.
  А Олжас Сулейменов заверил, что это слово тюркское. По его мнению оно произошло от тюркского "кораз, гораз", означающего "петух". Давайте об этом и поговорим.

  Всеслав в ночи пересекал дорогу Солнцу и успевал прибыть в Тмутаракань до первых петухов.

  В поэме петухи названы курами. И это очень удивило Олжаса Сулейменова. Он считает, что автор не мог благородных петухов назвать какими-то курами. Он даже не берёт во внимание, что поэма написана семь или восемь столетий назад.
  А чего бы стоило Сулейменову заглянуть в словари Владимира Даля или Макса Фасмера. Ведь и в том, и в другом словаре чёрным по белому написано, что слово «кур» означает петух. Причём Фасмер добавляет, что не только на русском, но и на украинском, словенском, словацком, чешском, польском и лужицких языках слово kur означает петух. Ну, вот так называли петуха славяне до рождения Олжаса Сулейменова.

  В персидском языке словом «карк» называется представитель куриных любого пола. А словом «карак» называется перепёлка и перепел, а также куропатка любого пола. В Иране живут потомки тех древних ариев, которые когда-то ушли с Русской равнины на юг, оставив родственные им племена на севере. Мы, русские, являемся потомками тех оставшихся на Русской равнине племён.

  А у казахского народа, представителем которого является Олжас Сулейменов петуха называют «кораз», что, согласитесь, недвусмысленно напоминает слово «курица». Курица – «ко реца», та, кто речет звук «ко». Как видим, предки казахов тоже слышали, что курица и петух произносят звук "ко".

  Текст поэмы, при всей своей поэтичности, весьма точен. В ней сказано «сам в ночь волком рыскавший». То есть указано, что, становясь оборотнем, передвигался Всеслав сугубо по ночам.

  Из Белгорода в Новгород Всеслав успевал с полночи до утра, то есть за вторую половину ночи. А из Киева до Тмутаракани он добирался до первых петухов, то есть за первую половину ночи.

  В поэме сказано «до кур», а не «до первых кур». Ну и что? В русском языке выражение «до петухов» равносильно выражению «до первых петухов».
  К примеру цитата:
  «Вот опять до петухов писать будете: а завтра начнёте хныкать: голову разломит, нервы всякие…». (Петр Дмитриевич Боборыкин, Долго ли?, 1875).

  Казалось бы, всё предельно ясно с текстом поэмы. Нет. Олжас Сулейменов с этим категорически не согласен.
  Вот, что он пишет:
«Я предлагаю рассмотреть выражение «до куръ Тмутороканя» с другой стороны. Есть тюркское слово «кура» — стена, ограда (в современном татарском — кура, в казахском — кора). Происхождение его прозрачно — от корня «кур» — строй, воздвигай.
В «Слове» ещё не употребляется лексема «стена» (она германского происхождения и пришла в русский язык позже). Ее эквивалент — «забрало» («въ Путивле на забрало»)».

  Увидев знакомое казахское слово, он высказал – ага, тюркизм! Заодно принизил русский язык, сообщив, что слово «стена» германского происхождения. А то, что стена стоит, для него не имеет никакого значения. В словах «стоять, стена, устав, ставень, стойка, стыть, студень, ствол, стебель» и тому подобных корневая основа – «ст».
  А вот немецкое слово Stein «камень», как и английское stone очевидно произошли от славянского слова «стена». Ведь сам камень на земле лежит, а не стоит.  А стоять он может только в составе стены.
  Кстати, для слова «стена» древние германцы взяли тоже славянское слово – «вал», родственное славянским глаголам «валить, наваливать». Английское «стена» - wall.

  А теперь поговорим про эту корневую основу «кур, кор, кар» в тюркских словах, означающую "стена".

  Санскритское слово kar означает «делать что-либо, производить, изготавливать, сооружать что-л. из деталей чего-л., составлять».
  Санскритское слово karkara означает 1) камень, известняк 2) крепкий, твёрдый.
  Санскритское слово kartum означает «строить».

  Приведённый Сулейменовым тюркский корень «кур» (строй, воздвигай) оказывается имеет родственников в санскрите, индоевропейском языке.
  От древнего индоевропейского корня kar в русском языке слова «крепость, хоромы, крыша, кровля, укром, Кремль, крепкий, городить, крепить, кропать, крыть, ограда, город». Европейские слова «корпус» и «корт» (двор) от того же корня.
  Английское create – создавать, творить, делать, созидать, производить.
  Немецкое herstellen – изготовлять, производить, вырабатывать, создавать.
  Так, кто у кого заимствовал слова, русские у тюрок или тюрки у индоевропейцев?

  А ответ очевиден: большинство тюркских и индоевропейских слов имеет одни и те же корневые основы. Возможно, эти корневые основы были созданы представителями гаплогруппы R1aZ645, разделившихся на тех, кто остался на Русской равнине и на тех, кто ушёл в Азию. Одни стали условными русами, другие – условными скифами. Но корнеслов у них должен был быть общим.

  А может быть этим корневым основам десятки тысяч лет, и они были созданы нашими очень далёкими предками в глубочайшей древности.