Дни рождения

С юности я пишу стих на день рождения. С годами их набралось много. Вот на выбор.

             29

Ничего уже тут не поделать-
Если стукнуло вам двадцать девять-
То на место мальчишеской резвости
Заступать полагается трезвости,
И порывы души благородные
Вытесняют расчеты холодные,
И тропой, поколеньями хоженой,
Продвигаться на выход положено.

              33
Перешагнул порог Христа-
Смелей , итоговая дата-
Не будет снятия с креста,
Не будет Понтия Пилата.

Будто в автобусном стекле
Мелькнули годы - мимо, мимо...
Уже не въеду на осле
В ворота Иерусалима.

Апостолов смиренный ряд
Уже внимать не будет, веря,
В картине “Тайная вечеря”
Портрет мой не изобразят.

Да и не надо - ни к чему,
Иным судом нас время судит,
Зачем распятие ему,
Раз воскресения не будет.

Иной порыв, иной простор
В двадцатом веке новой эры,
Не тот масштаб, другие меры
И в сердце пламенный мотор.

А все ж сквозь паутину лет
Порой проступят, как когда-то,
И руки Понтия Пилата
И блеск Иудиных монет..






       38

Что кукушка куковала,
Будто в колокол звонила?
Тридцать восемь!
По весне все это было,
Быстро лето миновало,
Вот и осень.

Мы у времени обратно
Дней, ушедших безвозвратно
Не попросим,
Но долги их аккуратно
Все оплатим многократно,
А не бросим.

Может, мало в этом прока-
Будем воз тащить до срока,
Понемногу
Пить из чаши, что досталась,
Сколько в ней бы ни осталось-
Слава Богу!




  Сорокалетний вальс

Крутится, крутится круг,
В вечном мелькании спиц
Ясно почудится вдруг
Абрис исчезнувших лиц.

Памяти вспыхнет костер,
Прошлого высветит лик,
Можно хотя бы на миг
Юность увидеть в упор,

Хоть на минуту разжечь
Искры погашенных глаз,
Дуги опущенных плеч
Выпрямить снова хоть раз.

Счет позабытых потерь,
Боль затянувшихся ран
Высветят только теперь
Жизни извечный обман.

Жаль не несбывшихся грез,
Не неоткрывшихся тайн -
Жалко мне утренних рос,
Жаль предрассветную рань.

Не ненаписанных пьес,
Не непошитых одежд -
А неувиденных мест
И непришедших надежд...

Крутится, крутится круг,
Спицы-года мельтешат-
Что тут поделаешь, друг,
Что тут поделаешь, брат..


      43

Я пережил тебя, Исус
На десять лет,
В твоих полях теперь пасусь,
Твой Назарет-
Привычный путь,
Знакомый край,
Недальний свет,
За двадцать шекелей, считай,
Возьму билет,
За два часа на тыщи лет
Перенесусь ,
И приобщусь,
И излечусь,
И возвращусь.


               49

Все; что привиделось в случайных детских снах;
О чем не думалось; всерьез не принималось-
С нездешней точностью содеялось сполна;
Сбылось; исполнилось; свершилось; состоялось.

Еврейский мальчик из заснеженной глуши
Больной страны без запаха и цвета-
Я в стольких городах прекрасных жил;
Исколесил и посетил пол-света.

И был мне дан любви счастливый дар;
И был знаком пьянящий вкус успеха;
И чувство горечи; и упоенье смеха;
И радость отдыха; и трудовой угар.

Что ж мне не весело в зените моих дней;
И почему все чаще до рассвета
Ныряю в сны забытой юности моей;
И в них ищу подсказки и ответа?

На английский перевёл мой  друг Евгений Ловцкий:

          TO MY 49 YEARS

All that I dreamed of in childish occasional dreams,
all that I thought little of as banal, through and through,
came to fruition and materialized, as it seems,
was realized and came off, it took place and came true.

A little Jewish boy in snow-covered backwoods
in ailing country where I lived from birth -
I later lived in splendid towns (that was the goods!)
and travelled lengthwise and crosswise the earth.

The gift of love was bestowed on me one day,
I knew intoxicating taste of ultimate success,
the sense of bitterness and laughter like horse neigh,
the jollity of rest, play-spells and toil to excess.

Why is it that I am sad in years of my prime,
why I cannot sleep, my senses roam elsewhere,
but when I fall asleep, I dreamily return in time
to days of happy youth, and look for answers there.





                50
 А писаньице мое, слезьми измоченное, велю со мною во гроб вложити, с ним же предстану неумытному судие..
                Курбский, переписка с Грозным

По правилам эмиграции 1990-го года, рукописи, предназначенные к вывозу, должны были представляться для проверки в соответствующую инстанцию. Будучи не готовым к тому, чтобы мои незрелые стихотворные опыты предстали перед чужими глазами, я потому просто бросил общую тетрадь в груду мусора в углу комнаты. Потом что смог, восстановил по памяти.


Не захватил свою тетрадь,
Оставил там,
В углу, где старая кровать,
Ненужный хлам.

Я с малых лет нес тяжкий крест
Плетенья фраз,
Я их оценивал на вес,
На вкус, на глаз,

За сорок лет скопил, скупой,
Десяток строк,
С которыми перед судьей
Предстать бы мог-

И вот - не взял, не захватил,
Оставил там,
И этим самым превратил
В ненужный хлам:

Пусты и город, и страна,
В них не сыскать
Того, кому была б нужна
Моя тетрадь.

В макулатурное зерно
Раздроблен стих,
Он в книжный лист пророс давно
И сник, и стих.

В свой срок я в стебель или куст
Пробьюсь и сам,
И тем, наверное, вернусь
К своим стихам.


Мой друг Евнегий Ловцкий перевёл на английский:

       TO MY 50 YEARS

In order to take along one's manuscripts when emigrating from the USSR in 1990, one had to hand them in for inspection
by emigration authorities and obtain appropriate permission. I did not want anybody to see my immature poetic experiments,
so I simply threw my notebook on a heap of rubbish in the corner of our room. Later I restored from memory what I could.

I didn't take my notebook,
I left it there.
near the bed, in little nook,
like trash, I swear!

From childhood it's my heavy cross
of twining word with word
appraising them by their gloss,
which is quite absurd.

In forty years I amassed
a score of worthful lines
with which I can and must
get out of confines.

I took along nothing at all,
I left behind my rhymes,
and thereby converted all
to odds and ends and grimes.

There's no one in all the land –
impossible to find –
who would wish to lay his hand
on what I left behind.

My words and rhymes were roughly beat
into waste and junk.
They grew into riffraff book sheets
and flagged, and shrunk.

And I myself, when comes my turn,
will sprout stalks or bines,
and thus I'll probably return
to my poetic lines.

           51

Счётчик щёлкает- клик! -
Приближая к неведомой цели,
Ускользающий миг
Уплотняется в дни и недели,

Убыстряется бег,
Всё по грани, по кромке, по краю,
Опускается снег,
Закрывает меня, заметает.

Потеряется след
На  крутом и обрывистом склоне..
Опускается снег.
Надвигается гомон погони.

Мой друг Евгений Ловцкий перевёл на английский:

            TO MY 51 YEARS

The meter is sounding - click!
pushing us to the ultimate goal,
each elusory tick after tick
flows in days and weeks with toll.

The race is gathering speed,
along the border, edging and verge,
it's snowing like white seed,
the snow is covering me like serge.

The track will be lost
in travels and trips off and on.
There's snow and frost
with clamor of chase coming on.




           52

Что мы наделали, жизнь разломав пополам,
Выкрутив руль на ходу в середине пути,
Как же могло показаться, почудиться нам,
Будто возможно от собственной доли уйти?

Разве в других декорациях сменится роль,
Станет иным утвержденный в инстанциях текст?
А режиссер за кулисами – видите - есть:
Он и судья, и судьба, он и радость, и боль..

На английский перевёл мой друг Евгений Ловцкий:

           52

What have we done, we broke the life into halves,
we broke away from the cherished heirloom,
why did it seem, why did it dawn upon us
that one can avoid the predestinated doom?

Will roles change if the conditions change,
will text change, approved by overrule above?
You see: stage manager exists, he is backstage.
He is the judge. the fate, the joy and love.


55

Я благодарен возрасту за то,
Что он меня застал в живых и дома,
Где небогато, может быть, зато
До мелочей привычно и знакомо.

Сочатся, будто старое вино,
Воспоминанья прошлого.
Я знаю:
      они меня когда-нибудь до края
Наполнят и – уволокут на дно.

Но до поры прощаться не хочу,
И каждый день встречаю, как награду,
И радуюсь случайному лучу,
И твоему приветливому взгляду.

На английский перевёл мой друг Евгений Ловцкий:

     TO MY 55 YEARS

I'm thankful to my years, to my age
for finding me at home alive and kicking,
where the scenery appears like backstage,
but all is loved, familiar and gripping.

Like old wine which thrills and fills with vim,
remembrance of the past — spring, summer, autumn ...
I fear that some day it'll fill me to the brim,
dumbfound, overwhelm and drag me to the bottom.

But yet I don't want to bid my farewell
and I meet every day as heavenly prize giving.
And I rejoice at any joy which befell,
and your friendly look, light-hearted and life-giving.



                60
 
                Машутке

Жизнь прожили- не поле перешли,
Тащили воз, тяжелый и скрипучий,
Выглядывало солнышко из тучи
И снова пряталось, но поле- перешли.

Богатств не нажили, не сделали карьер,
В квартире не устроили музея,
Зато внучок наш, весело глазея,
Средь нас, и дочки наши, а в карьер
Пускай они своих коней пускают,
Свои каштаны из огня таскают,
И будут лучше нас- на свой манер.

Дорога с ярмарки:  (*)
кому-то этот путь
Унылым кажется, а нам с тобой в охотку
Шагать вдвоем. Мы прежнюю походку
Еще храним. Дай руку мне- и в путь!
 
*Шолом-Алейхем в романе "Фунэм Ярид" сравнивал старость с дорогой с ярмарки

               61


Утекло моё время свозь пальцы, как горный ручей..
Кто я, чей?
Дегустатор чужих первачей?
Посетитель врачей? Бесконечных долгов казначей?
Отражатель лучей? Подаватель футбольных мячей?
Говоритель присяжный ненужных натужных речей?
Поневоле собрат стукачей, усачей- палачей?
Фолиантов привычных извечный ночной книгочей?
Почитатель беспечный чарующих чудных очей?

Утекли между пальцев надежды, как вешний ручей..

               63
Выхожу один я на дорогу..

Вышел наружу – с порога увидел свой путь-
Скользкий, скалистый,
Чёрную ночь, где до света нельзя дотянуть:
Утро горнисты
Не протрубят, непробудным сморённые сном...
С чувством потери
Я обернулся - но в теплый и радостный дом
Заперты двери. 

На английский перевёл мой друг Евгений Ловцкий:

           TO MY 63 YEARS

I stepped outside – from the porch I caught sight of my way
slippery, rocky,
dreary night when one can't endure to the light of the day:
the disk-jockey
won't start music, overcome by sleep sweet as honeycomb...
Slightly shocked
I turned round – but the door to the warm and beloved home
proved to be locked.



           65=13х5= 5x13
           ПРОСТЫЕ ЧИСЛА

Есть магия чисел простых,
Ряды их торжественно- строги,
Столбами стоят у дороги-
Считая, приветствую их.

Кто был несмышленышем в пять,
Кто сделался взрослым в тринадцать,
К цифири простой возвращаться
Продолжит опять и опять.

Тринадцать проживши пять раз,
Я стал пятикратно взрослее,
Вот, старым и мудрым евреем,
Сижу на трибуне сейчас.

А вдруг мне тринадцать по пять?
Как чудно, мальчонкой зеленым,
Назначить себя чемпионом,
В дворовой команде сыграть!

На английский перевёл мой друг Евгений Ловцкий:

      TO MY 65 YEARS
      PRIME NUMBERS

There is magic in numbers called prime,
they form ceremonial rows
they stand along roads on toes -
I count them, greet them and rhyme.

One who was silly aged five,
will become grown when thirteen,
numbers called prime are umpteen -
to know them he'll always strive.

Having lived to five times thirteen
I am now five times more mature,
I'm elderly Jew, wise, demure,
I'm watching my favorite teem.

What if I am thirteen times five?
How splendid it is for beginner
to appoint oneself a prizewinner,
to play in home team and to thrive.



   66

Что будет в будущем- Бог весть,
Судьбы на всё рука.
Мы в шестьдесят играли шесть,
И в выигрыше пока.

А проиграть вполне могли:
При прикупе таком
Побиты дамы, короли-
А мы, глядишь, живём,

И остаёмся за столом
Под нервный тик часов-
Мы банк, понятно, не сорвём,
Но кончим без пасов.

На английский перевёл мой друг Евгений Ловцкий:

         TO MY 66 YEARS

What is in store for us — God knows,
the fate is our lodestar.
We played Sixty Six and dominoes
and are on velvet so far.

We could definitely lose,
we could sure go astray;
but kings and queens fell out of use —
while we are still in play.

We are successful as a rule,
we'll put the game across,
we shall hardly scoop the pool,
but end the game without loss.

       70

Места, которые мы любим,
И где нас нет,
Как будто милые нам люди:
Их тихий свет
Без запоздания доходит
Издалека,
Их компас нас по жизни водит,
И их рука
Оберегает нас незримо
В опасный час,
Когда беда проходит мимо,
Не тронув нас.

На английский перевёл мой друг Евгений Ловцкий:

      TO MY 70 YEARS

Locations which we love and treasure,
and where we aren't,
are like nice people who give pleasure
and are compliant,
whose light comes to one's abode
from far away.
They guide us steady along life road
and we don't sway,
their hand protects us like a good guy
and gives alarm,
when unspeakable misfortune goes by
and doesn't harm.


61, 67, 71, 73,79,83…
Простые числа
 (А.П. Киселев "Алгебра", учебник для 5-го класса, Учпедгиз, 1961 г)

От истин непреложных,
Парящих в высоте,
Подложных, ложных, сложных
Приходишь к простоте,

Целительно полезной
Для нужд текущих лет,
Над неизбежной бездной
Простёршей тёплый свет.

Желания всё проще:
Поел, попил, поспал,
Дверь отыскал на ощупь
И в туалет попал…

 Ещё не блекнет разум,
 Пока не глохнет стих,
 Но в числах раз от разу
 Всё более - простых.

 Да будет мне опорой,
 Цифирь прошедших дней,
 Как лоция, с которой
 Далёкий путь ясней!
 

    СТО ДНЕЙ ДО ПЕНСИИ

Скоро исполнится срок,
Значит, закончен забег.
Выдержал, выдюжил, смог,
Что же, пора на ночлег.

Стало быть, стану в глуши,
В липкой своей тишине
Угли в костре ворошить,
Ветхую штопать шинель,

Древние тексты твердить,
Старые строчки считать,
За циферблатом следить,
Боя часов поджидать.

На английский перевёл мой друг Евгений Ловцкий:

    ONE HUNDRED DAYS TO PENSION

Soon I will reach the deadline,
that's the end of the race.
I withstood, I got through and feel fine.
So, it's time to change face.

Hence I will stay in backwoods,
make use of eats and of booze,
poke charcoal and have no moods
mend old clothes and shoes,

read Holy Scriptures, say grace,
count old lines like warlock,
observantly watch the clock face,
wait for a chime of the clock.
         






       72

Вот такие стихи мне когда-то хотелось писать:
Будто мелкие камешки в волжскую воду бросать -
Разбежишься – и долго стоишь, наблюдаешь отскок.
Первозданная тишь, за излучиной берег высок…

Только малую малость просил у судьбы я давно.
Вот и жизнь состоялась. А этого мне не дано.

       73

Вот такое нечастое счастье нам выпало, брат:
Довелось и рассвет повстречать, и увидеть закат.
Опускаются сумерки, близок полуночи час.
Дальше – новое утро, и солнце, но это без нас.

Оставляю в наследство имущество прожитых лет:
Неизменный паяльник, кусачки и верный пинцет.
На свободное место пусть встанет зеленый "Рено",
Чей хозяин желанной стоянки заждался давно..

На английский перевёл мой друг Евгений Ловцкий:

            TO MY 73 YEARS

This is what rare fortune befell us and came our way:
we witnessed daybreak as well as the end of the day.
Dusk is falling, it's dark and midnight hour is in the air.
Then morning will come and the sun, but we won't be there.

I leave as legacy the property I have accrued in life:
the copper bit, the barnacles and handy small-tools chest.
The green Renault may take my parking place without strife,
its master has been waiting long for it and now may feel blessed.

На английский перевёл мой друг Евгений Ловцкий:

            74

Не на кульмана ровной доске,
Чертежи начертил на песке,
И по ним терпеливым трудом
Из соломы я выстроил дом.

Налетел неожиданный шквал,
Всю постройку мою разметал,
И волна разогналась, легка -
Письмена мои смыла с песка.

Тишина. В темноте ни огня.
Будто не было вовсе меня.

          TO MY 74 YEARS
     Not on a drawing board I draw,
     on sand I drew my house plan,
     based on that plan, work began:
     I built my house - out of straw.

     All at once a squall came on
     and scattered all that I have done,
     a wave arose, rushed, took on
     and off the sand washed my plan.

     Hush. Dark like nightfall.
     As if I wasn't there at all.



                75
                X-Y=Z

            Спросишь – сколько мне лет?
            Сосчитай вычитанием дат.
            Знаешь, этот ответ –
            Не такой уж плохой результат.

            Да, дотошный прохожий,
            Не надо качать головой:
            Я достаточно прожил
            И долей доволен такой -
 
            Рос, учился, мечтал,
            Суетился, и сделал, что мог,
            Просочился в финал.
            Уложился в положенный срок,