Чайка на пристани
как вырез в мраморе — в штиле античного стона.
Формальна. Но взгляд — как у Сфинкса в песчаном море.
Сквозит сквозь неё ветровая аллотропия поля,
она — эпилог гелиоцентричной доктрины,
апостроф белый, меж штормом и литургией соли.
Её крик — как вскрытие тишины на сецессии,
где каждый резонанс — симулятор катарсиса,
а взмах крыла — формула вечного пресса депрессии.
Она не летит — она пребывает в скобках,
между «уже» и «никогда», на парадигме
моря, что шепчет в прибое старинные строки.
Мачты вокруг — как софизмы в трактатах Платона,
морская ржавчина — пальца невидимого дактиль,
все формы рушатся в звуке забытого грома.
И чайка — не птица. А, скажем, реликт абстракции,
где клюв — указующий перст на бессмыслицу фразы,
а глаз — астролябия, вращающаяся в анфасе.
Свидетельство о публикации №125051706178
1.Простые
Тихая моя родина
Ивы Ручьи Соловьи
Мать моя здесь похоронена
В детские годы мои
Н.Рубцов
2.Сложные
Волге долго не молчится
Ей ворчится как волчице
И у Волги у голодной
Слюнки голода текут
В.Хлебников
Я пил из черепа отца
Ю.Кузнецов
Это моё мнение
Однако не скрываю зависти: Вы - молодец!
Владимирр Пантелеев 14.06.2025 08:45 Заявить о нарушении