И пали цепи пред моим клинком
И я ступил на путь, что выдан мне.
Деснице судеб верно присягаю
На верность истинной поэту-пьессе.
Восстал клинок из пепла растованья
С подругой, что вкушала каждый зной.
О, Одиночество! Порой, окликнув ласково,
Она же тихо обнимает мой покой.
Желтели дни, сменяя гнев на милость,
А самурай отринул скорбный путь.
Не ронин, не достойный лидер —
Лишь заключённый в маске, как лицемер и трус.
А маска — хмурая улыбка,
Да только врёт она о деяниях лихих.
За шкурой лицемерного поэта
Таится трус, что силу утаил.
Трясётся меч, желая крови в ножнах,
И маске не сокрыть вину.
Но даже та, что вечно одинока,
Боится правды, что разрубает тьму.
Свидетельство о публикации №125050606436