А сзади была тьма, за ней клубился мрак

Во веках, прошедших уж давно, мне начал сниться сон,
В нём я стоял у зеркала большого,
Смотрел и видел - Боже мой - о, шок, о, кипяток,
Я видел головы моей сгоревшей уголь чёрный.
С глазами ясными, пронзительно живыми, сурово
Трезвыми, как небо в синий, лютый  майский холод...
От оторопи я очнулся -  так вот какой я в видимости Неба?
Тут мигом самомнение с меня слетело, и путь открылся к счастью
Тяжкий, страшный, новый - без отговорок и пределов.
Эпохи шли, их содержаний, их канвы я уж не вспомню, 
Но в каждой повторялся этот страшный сон,
И в каждом сне всё более светлела голова моя, светлела,
Пока я облик свой знакомый, с ней целиком не приобрёл....
Увы, и это оказалось, после, только половиной дела...
А впереди опять открылись и манили, ждали,
Как в рае, дали необъятные и дали, дали, дали...
А сзади была тьма, за ней вдали клубился чёрный мрак,
И выбора мне они не оставляли.