Альфред Теннисон. Дрозд

Дрозд

Я не охочусь на дроздов.
В моих угодьях как в своих–
напой за то дроздовий стих–
тебе накрытый стол готов.

В саду застолья не бедны,
пируй в беседках и в кустах,
желанный гость, забудешь страх,
пасись от сердца до стены.

В кругу пернатых не один,
всего одним утешен ты:
клевать стилетом золотым–
не петь– поспевший дженнетин*...

И ты хрустальным серебром
звенел в холодном феврале–
певца, что в юности колел,
испортил сытостью закром:

груб на лукулловом пиру,
с авроры нежной до ночи
молчишь или хрипя кричишь–
торгаш на рыночном миру!

Поют провидческие сны
к зенитам счастья от беды,
с мечтой о лете из нужды–
за подаяние весны?


перевод с английского Терджимана Кырымлы
* сорт яблок, прим.перев.


The Blackbird

O Blackbird! sing me something well:
While all the neighbours shoot thee round,
I keep smooth plats of fruitful ground.
Where thou may'st warble, eat and dwell.

The espaliers and the standards all
Are thine; the range of lawn and park:
The unnetted black-hearts ripen dark,
All thine, against the garden wall.

Yet, though I spared thee kith and kin,
Thy sole delight is, sitting still,
With that gold dagger of thy bill
To fret the summer jennetin.

A golden bill! the silver tongue,
Cold February loved, is dry:
Plenty corrupts the melody
That made thee famous once, when young:

And in the sultry garden-squares,
Now thy flute-notes are changed to coarse,
I hear thee not at all, or hoarse
As when a hawker hawks his wares.

Take warning! he that will not sing
While yon sun prospers in the blue,
Shall sing for want, ere leaves are new,
Caught in the frozen palms of Spring.

Alfred Tennyson (1809–1892)