Спонтанное

Другое время
И эта Сила —
Два бравых пальца
Через асфальт.
Гроза грозила,
Спасти просила,
Но эта Сила
Просто задержалась в пути.

— Ответь нам, Ложкин!
Им не откажешь:
— Отважных мало,
Их нет почти.
Разрешите сначала
Самому выдвинуться —
Может быть, кто-нибудь
Повстречается в пути.

— Сделайте милость,
Отважьтесь,
Наделайте смеху-то!
Предоставьте нам
Собственную видимость
Чарльзом Чаплиным
В немом кино.

Пианистка вам
Ангажирует
Декорацией
Аккомпанемент.
Странным образом
Стало массовым
Отсутствие лишнего билета.

— Есть билетик?
— Откуда, брат!
Я тотчас же
Двойным проникновением
Обзавестись
Был бы очень рад.

Все хотят
Два-четыре раза
Побывать
На просмотре веков.
Указ:
«Не впускать Разина
В нашу страну дураков!»

А сверчка Дуримару —
Пиявкою —
Посадить
В сетку клеток, в сачок.
Пусть на скрипке нам,
Кровопролитно,
Проскрежечет Реквием
Дурачок.

Моцартово
Иные крылья
Курам на смех
Вульгарите.
Я на звуках теряю снова
Обнажённое наспех тире.

Возлагая ему прямые,
Поручаю приказ применить:
«Три четырнадцатых космической пыли
Изъявило желание жить».

Нам на «пи»
Попирать не ново.
Мы ему «пи-пи-пи» много раз.
Запрещаю любопытному слову
Высовывать себя напоказ.

Пусть скромнее,
Зеркал чураясь,
Пусть не зрит
Высоту красоты.
Ни на кого
Не обращая внимания,
Из темноты
Появляешься Ты.

Свете ясный,
А что так долго
Через топи,
Через чертополох?
Неужели тебе,
Мой Хороший,
Так же, как и мне,
Беспросветно плохо?

Этим может быть
Ты, хороший мой,
Не даёшь берегам реки…
Не встречался я
С Бабкой-Ёжкою,
Не играл с ней
В четыре руки…

Повстречаюсь я
С Бабкой-Ёжкою
И сыграю с ней,
И сыграю с ней…


Рецензии
Это стихотворение — виртуозный метапоэтический карнавал и манифест творческой воли, брошенный в лицо миру шаблонов, пошлости и духовной цензуры. Ложкин создаёт сложный полифонический текст, где сталкиваются голоса: требующей ответа «толпы», ироничного поэта, культурных архетипов и, наконец, лирического «Ты». Это поэзия о том, как рождается подлинное высказывание вопреки всему — «спонтанно», как прорыв «Силы» сквозь асфальт привычного.

1. Основной конфликт: Спонтанная творческая Сила vs. Мир симулякров, запретов и пошлости
Конфликт многослоен. «Сила» (творческий дух, вдохновение, живая мысль) изначально противопоставлена инерции («Другое время») и преграде («асфальт»). Далее эта Сила-поэт сталкивается с обществом, которое требует от него ответов и зрелищ («Наделайте смеху-то!»), но при этом создаёт мир тотального дефицита подлинного опыта («отсутствие лишнего билета») и издает указы против бунтарей («Не впускать Разина»). Кульминация конфликта — противостояние с вульгаризацией высокого («Моцартово… курам на смех вульгарите») и самодовольным любопытством («Запрещаю любопытному слову высовывать себя»). В финале конфликт смещается в личную плоскость: диалог с «Ты» (внутренним светом, музой) о совместном страдании и спасительной встрече с иррациональным началом творчества («Бабкой-Ёжкой»).

2. Ключевые образы и их трактовка
«Два бравых пальца через асфальт»: Шокирующий и мощный образ-глиф прорыва. «Сила» предстаёт не как абстракция, а как два пальца, раскалывающие твёрдую поверхность обыденности («асфальт»). Это жест одновременно дерзкий, почти хулиганский, и героический («бравых»).

Диалог с толпой и Чаплин: «Ответь нам, Ложкин!» — голос читателей/общества, требующий ответа. Поэт соглашается, но на своих условиях: он просит права идти вперёд один («самому выдвинуться»). Требование толпы — превратить поэта в симулякр, в «видимость Чарльзом Чаплином в немом кино» — то есть в узнаваемый, но безгласный, комический образ, лишённый слова.

Билет и цензура: «Отсутствие лишнего билета» — метафора дефицита доступа к подлинному, эксклюзивному переживанию («просмотру веков»). «Указ: "Не впускать Разина…"» — прямой намёк на историческую и духовную цензуру, запрет на бунтарское, стихийное начало (Степан Разин) в «стране дураков».

Дуримара и Моцарт: профанация высокого: «Сверчок Дуримара» (персонаж сказки, жадный и комичный) заставляет «дурачка» исполнять на скрипке кровавый реквием. Это образ профанации высокого искусства (Моцарт), которое в руках пошлости и глупости превращается в пытку. «Моцартово… курам на смех вульгарите» — продолжение темы: гениальное низводится до уровня «куриного» понимания.

«Три четырнадцатых космической пыли…»: Поэтическая формула, уравнивающая высокое и малое. Даже ничтожная часть вселенской материи («три четырнадцатых космической пыли») имеет право на жизнь и голос. Это манифест ценности любого, даже самого малого, творческого импульса.

«Запрещаю любопытному слову высовывать себя»: Парадоксальный приказ самому языку. Поэт борется не с молчанием, а с празднословностью, с языком, который «высовывается» напоказ, будучи пустым. Он требует от слова скромности и тайны.

Финал: Появление «Ты» и Бабка-Ёжка: После всей борьбы и иронии возникает лирическое обращение к «Ты» («Свете ясный»), разделяющему с героем «беспросветную» трудность пути. Апогей — образ Бабки-Ёжки. Встреча и игра с ней «в четыре руки» — это не страх, а желанный союз с иррациональным, сказочным, тёмным и при этом по-детски непосредственным началом творчества. Это выход за пределы логики в стихию чистой спонтанности и мифа.

3. Структура и интонация
Стихотворение — это лабиринт, сценарий со сменой кадров и голосов:

Пролог: Появление «Силы» (строфа 1).

Диалог с миром: Вызов толпы, ответ поэта, образ симулякра (строфы 2-4).

Сатира на систему: Билет, указ, Дуримара, вульгаризация (строфы 5-9).

Метапоэтический манифест: Космическая пыль, запрет празднословию (строфы 10-11).

Лирический прорыв: Обращение к «Ты», вопросы, финальное пророчество о встрече с Бабкой-Ёжкой (строфы 12-14).

Интонация стремительно меняется: от энергично-образной к иронично-диалогической, затем к саркастически-гневной, к декларативной и, наконец, к проникновенно-лирической и почти шамански-заклинательной в финале.

4. Связь с поэтикой Ложкина и традицией
Метапоэтика и саморефлексия (И. Бродский, М. Цветаева): Текст о самом процессе творчества, о позиции поэта в диалоге/споре с миром. Прямое введение своего имени («Ложкин») — жест цветаевской дерзости.

Гротеск и сатира (обэриуты, особенно Д. Хармс и Н. Олейников): Сюрреалистические образы (пальцы через асфальт), абсурдные ситуации (Дуримара-пиявка, заставляющая играть реквием), пародийные указы.

Гражданственный пафос и тема бунта (В. Маяковский): Образ Разина, бунт против «страны дураков», энергия «выдвижения» вперёд. Обвинение системе в дефиците смысла («нет билета»).

Фольклорно-мифологический слой (Бабка-Ёжка): Обращение к архетипу, роднящее Ложкина с поэтикой нео-фольклоризма (как в «На распашку»). Ёжка здесь — не злодейка, а хранительница иной, инстинктивной мудрости, союзница поэта.

Тема пути и встречи (сквозная для Ложкина): «Задержалась в пути», «повстречается в пути», «появляешься Ты». Движение и спонтанная встреча — основные организующие принципы бытия и творчества.

Вывод

«Спонтанное» — это поэтический бунт против всего, что пытается упаковать живой творческий импульс в симулякр, сделать его безгласным (Чаплин), кроваво-нелепым (Дуримара) или пошлым (вульгаризация Моцарта). Ложкин утверждает право «Силы» пробиваться сквозь асфальт, право «космической пыли» на голос и слово — на скромное, не «высовывающееся» напоказ. Финальный аккорд — предвкушение игры «в четыре руки» с Бабкой-Ёжкой — это и есть формула абсолютной творческой свободы: союз сознательного «я» с тёмной, иррациональной, сказочной стихией подсознания, где рождается подлинно спонтанное. В этом стихотворении Ложкин предстаёт как поэт-воин, поэт-философ и поэт-шаман одновременно, синтезирующий в своём слове социальную сатиру, культурологическую рефлексию и лирическую исповедь. Это один из самых сложных и богатых его текстов, квинтэссенция его творческого кредо.

Бри Ли Ант   13.12.2025 08:12     Заявить о нарушении