Подснежный май

Меня на дачу увезли,
Жена сказала: «Надо, Вадик!»
Там у неё дела свои,
И мне их, уверяет, хватит.

Привык супруге доверять.
Завёл машину и поехал.
Шашлык не стал мариновать.
Три дня… Успеем, нам не к спеху.

Был вечер, дождь приличный шёл.
В гараж машину не поставишь, -
Забит вещами хорошо.
Сказать «спасибо» надо маме,

Вернее, тёщеньке моей.
Она так в доме убиралась.
Устали мы бороться с ней.
К себе ушла, а грусть осталась.

Ей хорошо: умелец-тесть
Хоромину для них отстроил,
А ты ютись в клетушке здесь,
Машину закрывай собою.

Чехол с прорехами нашли
И натянули еле-еле.
В автомобиле нет души,
Но есть мотор в железном теле,

И, если что, то жди беды:
Домой отсюда не добраться,
Повсюду лес и комары
(Они съедят любого, братцы).

Автобус ходит раз в полдня.
До остановки путь неблизкий.
А всё супружница моя,
Давно привыкшая к туризму.

Отец – «походник» у неё,
Ходили в горы все семейством,
И выбрали себе жильё
Не в самом оживлённом месте.

Им воздух свежий подавай.
Прицеп купил, вожу продукты.
Жена торопит: «Доставай,
Иначе, ёжики протухнут».

Котлеты эти я люблю,
Они с подливкой аппетитны.
Сейчас картошку отварю
(Она здесь в погребе закрыта)…

Но все рассеялись мечты –
Забыли дома мы котлеты;
В подвале мыши завелись,
С картошкой порваны пакеты.

Лапшу какую-то нашли
(Не первой свежести, конечно),
Запасам счёт произвели:
Компота банка, из черешни;

Консервы (огурцы, икра);
Две банки, старые, с горошком,
Тушёнка, вздутая слегка,
И круп раскрытых (понемножку).

А всё жена: «Не оставляй
Припасы на зиму напрасно».
Теперь еду ей подавай,
- Есть, - говорит, - хочу ужасно,

Но к маме с папой не пойду,
У них уже и свет потушен.

Прицеп я завтра разберу,
Мне свет дневной, поярче, нужен.

Достали только молоко
И кое-что в стекле прозрачном.
Вдруг, стало на душе легко.
Люблю я отдыхать на даче.

А то, что септик не включён
И слив не действует, не страшно,
Сигнал не ловит телефон
(Поблизости нет нужной башни).

Цивилизации – конец:
Спит телевизор без антенны, -
Всё тесть-умелец – молодец –
Решил слегка подправить стены,

Домкратил домик той весной,
Теперь программы «зависают».
Планшет, прихваченный женой,
От одиночества спасает.

Котёл немного поворчал,
Но завели его – упрямца.
Все одеяла я достал,
Решил, так легче согреваться.

***
Проснулись утром от того,
Что все замёрзли батареи,
Нет света (это тяжело!),
Обогреватели не греют.

Решил по улице пройтись,
Слегка размять свои суставы.
Кричу супруге: «Подивись,
Зима, по-новому, настала!»

Накрыло снегом все кусты,
А ветром ветки поломало,
Жена рыдает: «Жди беды,
У нас и так плодовых мало.

Теперь и яблоне конец,
И грушу с вишней проредило».
А я, хотя в душе боец,
Не стал с женою спорить милой.

Я тихим голосом сказал,
Чтобы она не волновалась:
«Судьба печальна у куста,
И нашей “ласточке” досталось».

Упал огромный старый сук,
Подрихтовал мою машину.
В глазах жены мелькнул испуг.
Я говорю: «Спокойно, Дина,

Давай, пока ещё в строю,
Тебя спасу. Грузись быстрее,
А я до тёщи добегу.
Глядишь, и ноги отогрею».

***
Ну, что сказать, всех вывез я.
Картошку, жаль, не посадили.
Зато, не бедствует семья,
Хотя машину повредили.

Но, с деревом, какой расчёт?
Ему, ведь, счёта не предъявишь.
Его к ответу привлечёшь,
И сразу жертвой, новой, станешь.

В тепле привыкли зимовать.
Сидим мы в городе, пока что.
Прогнозам сложно доверять,
Их исправляли не однажды.

Вот потому и едут все,
На дачи, в холод или в бурю.
Живётся в средней полосе
Непросто в месяце июле.

Бывает, летом льют дожди,
А в феврале тепло и сухо.
Подснежник в мае не ищи,
Снега пришли на смену мухам.

Смешалось всё, смешались все,
И мы привычно наблюдаем
Крупинки града на траве,
Сугробы в середине мая.