Белый лебедь

Лет двадцать назад целый мир огорошило,
Разрушило разом его благолепие
То, что заключил вдруг пророком непрошеным
Нассим из Бейрута про черного лебедя.

Сказал: эти лебеди - сущие нелюди,
Опаснее грифов, кукушек и воронов,
Страшней сатаны мелкотравчатой челяди,
Без рака и щуки порвут на три стороны.

Они прилетают гостями незваными,
Без предупреждения, правила, метода,
И белые дни стали вдруг окаянными,
Хотя всем казалось, что хуже и некуда.

Все, кто; были белыми - сделались черными,
А черные стали вообще непонятными.
Пространство покрылось столбами позорными,
И солнце пошло стариковскими пятнами.

Их красные клювы опасны как Хаймарсы,
Так зло не клюётся петух, даже жареный.
Меняй - не меняй эти сраные памперсы -
И новый в три счёта надут как состаренный.

Они прилетают - и всё сразу портится:
Валюта, курс акций, прогноз, настроение.
Дерьмо паковали в стандартные порции,
А с лебедем - вёдрами жрут в упоении.

Но мы без Талеба и знали, и ведали -
История наша идёт как бульдозером -
Красивые птицы давно всех нас предали:
Недаром, как путч - "Лебединое озеро".

Но если Нассиму Талебу дозволено
На чёрную птицу повесить все мерзости,
То я, ощущая себя обездоленным,
В ответ наберусь симметричной с ним дерзости.

Я провозглашаю теорию новую,
Как мир, как весна и как деторождение,
Которая жизнь разукрасит хреновую,
Которая людям сулит возрождение.

Теорию дали мне ночи бессонные,
С собой разговор доверительный в них ведя,
Ладонью протер окна я запыленные,
И вывел теорию белого лебедя.

Он тоже влетает для всех неожиданно,
Как луч среди грома - и небо вдруг ясное.
Является ангелом белым, невиданным,
Что было ужасное - стало прекрасное.

Под белыми крыльями зло разлетается:
Сбежало как фриц, а казалось, что смелое!
Всё, сказке конец: в полный рост разгибаемся!
Не скажет никто нам, что чёрное - белое.