Памяти Ольги Берггольц

Под звук метронома живёт Ленинград,
Считая блокадные, трудные дни.
Как эхо в груди ленинградских ребят,
Живое для всех ваше сердце стучит.

Вот дом, он как пирог разрезан насквозь,
Налёт — Бадаевские склады в огне.
Живёте коммуной, так плохо, кто врозь,
В победу советскую верили все.

Живительной влагой замёрзшей Невы
Всех город блокадный кормил и поил.
И опытом первой жестокой зимы
Он мужеству, долгу и братству учил.

«Внимание! Говорит Ленинград!»
Ваш голос такой был для всех родной,
Протяжно разносится во сто крат
В холодном и тихом доме живом.

Сомкнула зима городские врата.
Блокада. Вы вместе, как щит, как броня,
А в мёртвой квартире голоса тогда
Оружием слова звучат для тебя.

Холодная пыль опустевших квартир,
Забыт ваш прежний довоенный уют.
Невидимый враг заглушает эфир,
Но веру в страну никогда не убьют.

Январь сорок второго — это грозный рубеж
В тяжёлом и долгом блокадном пути.
Так голодно, больно, ты сутки не ешь,
Но хлебный паёк сохранив на груди.

Вы ели тот хлеб со стихом пополам,
И хвойный отвар выпивали до дна,
Оружием слова сражалась сполна
Берггольц Ольга, как поэт Ленинграда.

Писали вы книгу блокадных тех дней,
Любили, как мать, сиротёвших ребят.
Мадонной вас люди назвали своей,
И выстоял город — родной Ленинград.

Редеют ряды в ветеранском полку,
Метроном. Пискарёвское, мрамор плит.
Войны километры у плёнки в плену.
Ничто не забыто, никто не забыт.