Две женщины

         
В далёком маленьком селе, там, где леса растут до неба,
и скачут юноши в седле, и жизнь течёт толь быль, толь
                небыль.
Грустит одна, который год учительница из столицы,
ей в жизни часто не везёт, её мечтам никак не сбыться.
Она приехала сюда по направленью на работу.
Тянулись медленно года, занятья, дети, дом, заботы.
Случалось даже иногда  она грустила вечерами,
переживала, что  всегда  нет времени  поехать к маме.
Потом как - будто прижилась, и с головой ушла в работу,
подругами обзавелась. Приятней если рядом кто-то.
А тут вдруг парень на пути красивый, крепкий и с руками,
и снова время не найти чтоб съездить к одинокой маме.
Летели дни, они вдвоём, всё тихо, мирно, как обычно.
Проблемы начались потом, а до того  всё шло привычно.
Однажды осенью в село к ним агроном приехал новый,
и счастье будто - бы ушло, как будто - кто забрал из дома.
Красивый, умный, деловой и тоже родом из столицы,
голубоглазый, молодой, зашёл на миг, воды напиться.
Ни объяснить и не понять, а только всё переменилось.
Себя ей стало не унять. Впервые с ней это случилось.
Она скрывала, как могла своё волнение при  встречах.
Под вечер одиноко шла и вдруг услышала: «Далече?».
Он встал внезапно на пути, глаза, как небо голубое.
Глядит, ей с места не сойти,  а он позвал: «Пойдём со мною".               
Куда пошла, зачем пошла? Но шла, себя не понимая,
двух слов промолвить не могла, вся от волненья чуть живая.                Он бережно прижал к себе, сказал: мне жаль, что так случилось.
Я причиняю боль тебе. Татьяна даже прослезилась.               
На днях встречает он жену, она должна к нему приехать               
Он ждал её, любил одну. Ну, а теперь вот не до смеха.
И девочка у них растёт, а скоро сын должен родиться.
Зачем в тот жаркий летний день зашёл он к ней воды напиться?               
Она стояла, как во сне, прижавшись к дереву спиною,
как мёрзлый тополь по весне с заледенелою корою.
Уже стемнело, а они сидели рядом и молчали.
Горели звёзды, как огни,  они того не замечали.
Так до утра они вдвоем пытались справиться с собою.
Что говорили и о чём? Секрет двоих я не открою.
А в это время где-то там другая женщина стремится,
предавшись  мыслям и мечтам, с любимым вновь соединиться.
Стучат колёса, поезд мчит, она с волнением ждёт встречи.
Он их обнимет, помолчит и сразу всем им станет легче.
Он письма нежные писал, что там красиво, тихо, вольно.
И каждый раз всё звал и звал, да так, что сердцу было больно.               
И плакала по папе дочь, да и малыш тревожил тоже,
и длинною казалось ночь, да и одной никак негоже.
И повинуясь чувствам всем, оставив шумную столицу,
решилась ехать, насовсем, обрадовав родные лица.
Их провожали на перрон, просили письма слать почаще.
Ведь главное же в жизни он, тот с кем надежнее и слаще.
Который день они в пути, ей тяжело, ей жарко, душно,
но папу милого вернуть детишкам  непременно нужно.
Вот тяготы все позади, лучами солнце согревает.
Их папа к ним на полпути, он звал, он едет, он встречает.
        Вот эти милые глаза,  давно знакомая улыбка. 
Блестит предательски слеза, разлука их была ошибкой.               
Татьяне, так зовут жену, всё приглянулось, дом и речка.
Она в пути ночь не одну, всё думала,  что делать с печкой.
Но вот забор, колодец, дом, две комнаты, терраса, баня,
и люди добрые кругом, всё сразу полюбила Таня.
Всю ночь до  самых петухов проговорили муж с женою.
Обоим не хватало слов, их встреча вновь была судьбою.
И потекли привычно дни. Родился сын, в семье удача.
Всё Тане там теперь сродни.  А как же может быть иначе?
Лишь иногда казалось ей, как будто грусть в глазах у мужа,
Как будто среди тёплых дней его ресниц коснулась стужа.
О чём тоскует он порой, работы  много иль заботы?
То вдруг задумчивый такой, то говорить вдруг неохота.
Промчался год, потом другой, в заботах кружится Татьяна.
Муж часто ходит сам не свой, и реже стал вставать с дивана.
А то и вовсе иногда вернётся поздно в ночь глухую,
И скажет грустно: «Ерунда, ну рюмку пропустил, другую.
Не огорчайся, всё пройдёт, работа, сплошняком заботы.
Везде проблем невпроворот, вникать уже в них неохота».
Татьяна грустно промолчит, и станет горестно на сердце,
Оно тревожится,  болит, да и куда с детьми ей деться.
Вот дочка к школе подросла,  и лепит к празднику печенье,
И скоро целых полсела детей отправят на ученье.
Пришла учительница в дом, знакомилась с учениками.
О ней я расскажу потом. Пришла нарядная, с цветами.
Не сразу Таня поняла, о чём та тихо  говорила.
Недолго в доме побыла, дверь осторожно притворила.
Их папа больше не придёт, у них любовь, все это знают,
и только Таня так живёт, что ничего не замечает.
А их отец уже давно страдает,  мечется, боится,
А потому и пьёт вино, чтоб от всего отгородиться.
И как же так она смогла за пеленой забот домашних
не видеть то, что для села яснее дней её вчерашних?
Держалась, молча, как могла, ночами плакала в подушку.
Решила съехать из села, да вот послушала подружку.
Та плакала на пару с ней, просила пережить такое,
Советовала быть сильней и не лишать детей покоя.
Собраться с духом, оборвать, забыть, что было с нею раньше,
И всё по-новому начать, идти вперёд по жизни,  дальше.
Её здесь любят всем селом. Зачем она должна уехать?
Здесь её дети, её дом и все желают ей успеха.
Татьяна мучилась душой, детишек забрала соседка
к себе на временный постой.  Она для всех детей наседка.
Неделю мучилось село, молчали люди на дорогах.
У Тани сердце замело и мёрзло, как на зимних дрогах.
Опять пришла глухая ночь и одиночество сковало,
Пришла заплаканная дочь и слёзно матери сказала;
«Мы так хотим  к себе домой, возьми нас, мама, мы устали,
 Мы понимаем, мы с тобой, мы про отца давно  всё знали».
Татьяну словно нож пронзил,  и вздрогнула слепая ночь.
Ей так ребёнок говорил, в ней сын нуждается и дочь.
Забыла сразу обо всём, про все измены и тоску,
Есть дети, есть она, их дом и не поехала в Москву.
Жизнь завертелась колесом, смеётся дочь, играет сын.
Былое показалось сном, а бывший пусть живёт один.
Не позовёт и не простит, как сможет, так и проживёт.
А время птицей пролетит, глядишь, и эта боль пройдёт,
Вот в школу девочка спешит, Татьяна рядышком идёт.
Не чает в доченьке души,  та радостно портфель несёт.
Привычно пролетают дни, дела, заботы на плечах,
Они привыкли жить одни и спать ложиться при  свечах.
Зима подкралась и кружит, дворы все снегом занесло.
На тихой речке лёд лежит,  в полях раздольно и бело.
Вот праздник всколыхнул село, пора за ёлкой в лес идти.
Дороги снегом замело, но ёлку надобно найти.
Пёс разорался во дворе,  картина  на селе знакома,
и ель в морозном серебре предстала на пороге дома
Среди иголок и ветвей сверкают  синие глаза.
Меня зовут Седов Матвей - поставив ёлку, он сказал.
Хотя  всё это было днём Татьяна, вздрогнула тот час,
Она наслышана о нём, не знала только этих глаз.
Такие добрые они, и свет струится голубой.               
 Как хорошо, что вы  одни, вот мы и встретились с тобой.
Она несмело подошла, встречая гостя у дверей.
Смущённо ёлку приняла, он следом в дом пошёл за ней.
Весь  Новый год они потом шутили, над собой смеясь.
Он гостем был за их  столом,  но жизнь другая началась.
Он приходил по вечерам, играл с мальцом, кормил кота.
Больных возил их к докторам,  сбылась Татьянина мечта.
В их дом вернулось вновь тепло, и есть, кого с работы ждать,
Былое снегом замело, дом счастьем полнится опять.
***
А что же тот, что был отцом, как он теперь без них живёт?
Прослыл для многих подлецом, и оттого сильнее пьёт,
От красоты его былой уж не осталось и следа.
С полуседою головой  угрюмым выглядит всегда.
Его учительница с ним, она устала от забот,
С тех самых пор лишь к ним одним не ходит просто так народ.
Село не город, все свои и не набросишь всем платок,
они с утра, как соловьи не закрывают свой роток.
Он понимает, что теперь, если вернётся к детям в дом,
ему откроет его дверь Седов Матвей с его котом.
Он видит дочку вдалеке, а сын не помнит про отца,
они из школы налегке бегут мимо его крыльца.
Татьяна быстро расцвела, порхает птицей, не поймать,
при нём красавицей была, теперь и слов не подобрать,
И дети, словно огоньки, по дому носятся смеясь,
Стройны, как в поле колоски, таких не знал он, отродясь. 
Искрится радостью Матвей,  и каждый день спешит домой,
там дочка с сыном у дверей дежурят вместе день – деньской.
И кот несётся со всех ног, не сделать шагу без него.
Ну, разве кто подумать мог, что будет так после всего.