Алый Ветер 8

"А "мертвый бог"? —  спросил Алик,  голос его был полон  недоумения.

Каиль  горько усмехнулся.  "Мертвый бог… это моя вера,  Алик.  Вера в идеалы,  в справедливость,  в  людей.  Она умерла  в тот день,  когда я понял,  что все мои усилия были напрасны.  Что  вся моя  жизнь  была  ложью,  великой  и  болезненной  ложью."

Он  взял  с  земли  лютню  с  девятью  струнами,  инструмент,  выглядевший  изящно,  но  старым  и  потертым.  "Эта лютня… она  была  подарком  моего  наставника.  Девять  струн –  девять  принципов,  которым  я  следовал.  Но  одна  за  одной  они  обрывались,  как  эти  струны,  оставляя  после  себя  только  пустоту."  Каиль  провел  пальцем  по  обрывку  одной  из  струн.  "Предательство…  оно  разрушает  все,  что  ты  считал  священным.  Оно  оставляет  тебя  одного,  потерянным  в  безбрежном  океане  звездного  пространства."

Он  молчал  некоторое  время,  вглядываясь  в  лицо  Алисы,  затем  в  лицо  Алика.  "Я  сбежал,  —  прошептал  он,  —  сбежал  от  всего  этого.  От  войны,  от  предательства,  от  своей  мертвой  веры.  Корабль…  он  сломался  в  космическом  шторме.  Я  был  один,  на  разбитом  корабле,  в  бескрайнем  космосе.  Когда  я  очнулся,  я  уже  был  здесь…  на  этой  планете.  Нашёл  эти  инструменты…  и  начал  заново.  Собирать  звуки  звёзд…  пытаться  найти  новый  голос."

Он  положил  лютню  на  землю,  его  руки  дрожали.  "А  этот  мир…  он  помогает  забыть…  или  хотя  бы  примириться  с  прошлым.  Но  голос  тьмы…  он  всегда  со  мной.  Он  напоминает  о  том,  что  я  потерял,  о  том,  что  я  не  могу  изменить.  Но  я  надеюсь…  я  надеюсь,  что  здесь,  с  вами,  я  смогу  найти  новый  путь,  новый  голос…  и  наконец-то  укротить  его."  Каиль  взглянул  на  свои  инструменты,  на  "Голос  Тьмы",  затем  снова  на  Алису  и  Алика.  В  его  глазах  загорелась  искра  надежды,  слабая,  но  упорная,  как  росток  жизни  на  безжизненной  планете.

Алиса, заинтригованная, попросила Каиля рассказать подробнее.  "Ты сказал, что твой корабль сломался в шторме, — начала она, — но что это был за шторм? И что за предательство тебя сломило?"

Каиль глубоко вздохнул, словно собираясь с силами, чтобы рассказать то, что, возможно, до сих пор не озвучивал вслух.  "Это был не просто шторм, Алиса. Это был… разлом реальности.  Я служил в Отряде "Феникс", элитном подразделении исследователей и защитников Галактической Федерации.  Наша миссия – поиск и изучение новых миров,  но…  наша работа была окутана тайной.  Мы исследовали зоны аномальной активности,  где искажалось пространство-время,  где законы физики работали непредсказуемо."

Он поднял разбитую струну лютни, рассматривая её с грустью.  "Девятый принцип моего наставника гласил:  "Верность превыше всего".  И я верил в это.  Верил в наших командующих, в цель нашей миссии.  Мы обнаружили планету,  названную "Сердце Тьмы" –  место,  излучающее невероятную энергию, но и опасную, нестабильную.  Там мы нашли артефакт –  сферу, пульсирующую силой, способной, как нам казалось,  решить энергетический кризис Галактики.  Но всё оказалось ложью."

Каиль замолчал, его голос оборвался на полуслове.  "Командир,  мой наставник…  он  скрывал от нас правду.  Сфера не была источником энергии. Это было… оружие.  Оружие ужасающей мощи, способное уничтожить целые звездные системы.  Он планировал использовать её для захвата власти,  для установления своего нового порядка.  Я узнал об этом случайно,  перехватив зашифрованное сообщение.  Тогда сломалась первая струна –  вера в своего наставника."

Он продолжил, голос его звучал тихо, но твердо: "Я попытался предупредить остальных.  Но было поздно.  Командир узнал о моей измене.  Началась погоня.  Нас преследовали  не только его люди, но и… существа из разлома,  появившиеся из-за нестабильной энергии сферы.  Это был хаос.  Мы  успели запустить аварийный сигнал, но  корабль был поврежден, системы защиты не выдержали.  Когда  на нас обрушился разлом,  я  уже не сопротивлялся.  Казалось,  вся  моя  жизнь  пронеслась перед глазами,  и  я  понял,  что  любовь,  доверие,  справедливость —  все  эти  принципы были разрушены предательством и безумием одного человека.  И тогда  обломились остальные струны моей лютни… моя вера,  моя надежда.  Я очнулся уже на этой планете…"

Он посмотрел на Алису и Алика,  его взгляд был наполнен глубокой печалью, но в нём мелькала и тень надежды. "Теперь я понимаю, что  "Голос Тьмы" – это не голос внешних сил,  а  голос моей собственной боли,  моего  прошлого.  Я  не могу изменить то,  что  случилось,  но я  могу  научиться  жить  с  этим.  Здесь,  на этой планете,  я пытаюсь найти  новую  мелодию,  новую  гармонию…"