Похождения Мона. ч. 3. деньги партии

Часть 3.

ДЕНЬГИ ПАРТИИ

    Свобода оказалась не совсем такой, какой ее представляли военнослужащие срочной службы. Солдаты-дембеля опоздали в будущее на два, матросы, сыгравшие ДМБ, на три года. Перестройка неслась, как угорелая.  Жизнь менялась для некоторых, не самых честных представителей человечества, в лучшую сторону, а для большинства, кто верил в светлое будущее - в худшую.  Ураганы перемен свалились на грешную Землю, как смерч, сметая все на своем пути. 
  Анекдоты про политиков рассказывали не на кухне, а на площадях. По телеку объявили гласность. Высказывать свое особое мнение по любому поводу и критиковать всех и всяк стало модным. Митинги с транспарантами и ораторами на трибунах гремели из громкоговорителей на всю округу. Акции протеста распространились  по городам и весям с такой же скоростью и неизбежностью, как коронавирус и пандемия в 21 веке.         В начале перестройки в конце 80-х начале 90-х годов с прилавков магазинов пропали продукты и  товары ширпотреба, а через несколько лет из-за границы как из ведра, хлынул поток низкокачественных заморских фруктов, овощей и куриных “ножек Буша”. Это фамилия тогдашнего президента США. В его честь и прозвали откормленных гормонами курей. На каждом углу и площади, как грибы, выросли киоски по продаже ширпортреба.
    На заводах и фабриках из-за инфляции и падения спроса на отечественную продукцию зарплату стали выдавать не деньгами, а товарами, которые выпускает цех. Поэтому на железнодорожных платформах крупных и мелких станций можно было купить все: от плюшевого мишки или ниток с иголками до сдобных булочек и ведра картошки. Люди не знали, куда сбыть гвозди или резиновые сапоги, которые изготовляли на их заводе. Продавали их везде: на улицах, площадях, вокзалах, автострадах и в подворотнях. Торговля процветала. Открылась куча новых рынков и базаров. Вдоль проезжей части дорог, у станций метро и в подземных переходах можно было купить видеокассеты с порнофильмами, сигареты, водку, парфюм или любовь на час и даже на целую ночь. Отныне свобода и можно всё, что было нельзя раньше!
    Появилась куча новых печатных изданий от желтой прессы до эротических газет и журналов. Подвалы домов переоборудовали в кафе, рестораны и видеосалоны. Из-за границы привезли VHS- кассеты и видеомагнитофоны. Так  в разваливающемся Советском Союзе, появился секс во всех его проявлениях. Смотреть эротику и порно в видеосалонах  стали все, от мала до велика. Владельцы видео зарабатывали первоначальный капитал, поэтому пропускали на платные сеансы всех, не спрашивая, сколько вам лет.
    Мон вспомнил, как уже перед ДМБ на корабль мичман принес первый видеомагнитофон. Командования в выходные на корбке не было, и все годки собрались в большой каюте, куда притащили из кают-компании телевизор и подключили к нему видик. Моряки такого чуда техники никогда не видели! Кто-то погасил свет. Мерзкий голос переводчика с английского на русский из динамиков произнес: “  Компания Пикчерз представляет: “Горячая жевательная резинка” Эротическая комедия”.  Качество изображения оставляло желать лучшего. Но и такого изобилия обнаженных женских тел на экране телевизора моряки прежде не видели никогда. Они смотрели, как завороженные.  2-3 года матросы и старшины видели девушек в облегающих купальниках и колготках только на теле передаче “Аэробика”. В кают-компании слышны были вздохи да охи, и дружный хохот на тупых и не особенно смешных моментах кинокомедии. Смеялись не потому что было весело, нет. Чтобы как-то сбросить напряжение и показать окружающим, что каждый здесь присутствующий на гражданке и не такое видел! Ибо был на берегу настоящим ловеласом и любимцем женщин! Мало кто из присутствующих выдерживал такое откровенное видео, да еще и в темной каюте. Периодически то один матрос, то другой выходили в гальюн…
    На гражданке же эротические видео салоны открылись повсеместно и доступ туда был свободный. За определенную плату. Тогда мобильных телефонов и интернета еще не было.Поэтому смотреть эротику была возможность только там, где есть видеомагнитофоны.
      На вокзалах, у гостиниц, вдоль автострад и на заправках свободно торговали телом проститутки. Таксисты предлагали пассажирам развлечься и выбор на любой вкус. Девчонки ожидали клиентов на какой-нибудь блат хате, куда и подвозили таксисты желающих развлечься. С Моном через пару лет случилась забавная история. Когда он деньги партии просадил на базаре и в публичном доме. А произошло это следующим образом. Это случилось через несколько лет после ДМБ, когда на гражданке он работал репортером в одной местной газетенке.
    Мон быстро приобрел популярность своими живыми статейками в районной газете. С ним на “ты” уже говорили руководители предприятий, правоохранительных органов и представители местной власти. И, однажды, грянули выборы в новый орган законодательной власти под названием Государственная Дума. На уровне республики или края - это было Законодательное Собрание. Перестройка породила множество различных партий и они все разом ринулись на выборы, чтобы завоевать себе место во власти. Ибо власть- это деньги и возможность избежать уголовной ответственности, прикрываясь статусом депутатской неприкосновенности. За месяц до выборов в редакции раздался звонок:
-Алло! Это Мон?
- Да, он самый. Что Вы
 хотели?
-У нас к Вам предложение.
 Мы предстставляем интересы партии “ Интересы народа”. Нам нужен представитель от нашего объединения в вашем районе. Не хотели бы Вы стать нашим доверенным лицом?
 - Спасибо за предложение. Но
 я как-то стараюсь не вступать в ряды партий, ни левых, ни правых. Предпочитаю оставаться независимым.
  - Вы, вероятно, не поняли. Мы предлагаем Вам работу дополнительную, на время выборов. Вы приезжаете в столицу. Билеты и проживание в гостиницы мы оплатим. Вы получите инструкции и деньги на текущие расходы. Плюс зарплату за работу.
   - И сколько Вы платите?
  - Для начала работы Вы
 получите сто тысяч.
  - Сколько?... - чуть не
подавился в трубку телефона Мон. - Я… Я… Когда нужно приехать в столицу?
  В ближайшие выходные Мон мчался на поезде в столицу. Он быстро нашел офис партии. По коридорам метались такие же как он, доверенные лица. У окошка в кассу стояла очередь. Люди получали пачками деньги, прятали из в портфели, сумки и растворялись на улицах города.  Мон ощутил в карманах штанов тяжелые купюры денег и направился на центральный рынок к своему школьному другу. Товарищ держал там пару торговых точек и прожавал шмутки из Турции. Друг встретил его с распростертыми руками и узнав, что у Мона есть деньги, предложил ему обновить гардероб. Они прошлись по рынку и купили джинсы, куртку и пару модных футболок.  Товарищи зашли в расположенный возле рынка бар, чтобы обмыть покупки.
  - Давай, за встречу! Столько лет тебя не видел! -
предложил тост Мон. Он заплатил за бар с партийной кассы и поэтому имел полное право на первый тост. - Вижу, бизнесом занялся. Как торговля идёт?
  - Да, так, помаленьку, - стал
прибедняться товарищ, хотя прикид и него был покруче и самых модных брендов.
  - Сейчас все торгуют. Все
кому не лень. А что у вас в столице, девки есть?
  - А где их нету? У любого
таксиста спроси, и он доставит на блатхату. После третьего бокала они так и сделали. Сели в такси и укатили куда-то на окраину города. Из привели в трех или четырехкомнатную квартиру, где на кухне сидели в ожидании клиентов четыре смазливые девушки. Друг быстро взял за руку одну из них и пошли в спальню. Мон поломался немного, ибо в первый раз покупал любовь за деньги, наконец-то определился и выбрал брюнетку.
Заплачено было за час и он все время в отдельной комнате проболтал с ней, пытаясь выведать ее биографию и раскрутить на интервью для газеты. Мон возомнил себя Великим Репортером и хотел ошарашить читателя настоящей правдой! Девушка поддакивала, рассказала выдуманную историю о своей биографии и даже обещала дать интервью. Ей важно было тянуть время и она была рада, что не приходилось пыхтеть и стараться выдумывать позы. Проще болтать не о чем, а когда клиент уйдет, рассказать подругам, и вместе с ними посмеяться над очередным ненормальным. Когда время вышло, друзей выставили за дверь, где их уже ждал тот же таксист. Мон подвел итог этого дня и посчитал, что на сегодня хватит, а то деньги партии быстро кончатся. Кстати, он написал пару платных статей в газете об“ Интересы народа” и даже был на выборах в качестве наблюдателя. После этого ему уже больше никто не звонил и самое главное, не требовал отчет о потраченных средствах. Мон же понял из всего этого балагана, что деньги в стране есть и  на выборы их тратят, не пересчитывая. А значит, на выборах можно зарабатывать! .
      Все, у кого имелись хоть какие-то предпринимательские зачатки или у кого был доступ к дефицитным товарам, стали торговцами. Весь Советский Союз превратился в огромный базар, где ничего не производят, но все продают. В Турцию, в Финляндию, Польшу, Японию, Южную Корею и Китай целыми автобусами и поездами ринулись челноки за шмутками, которые они потом перепродавали на рынках и в бутиках. Из-за рубежа,  в первую очередь из Финляндии и Японии, коммерсанты стали перегонять для перепродажи сначала легковушки  “Жигули”,  произведенные в импортном варианте, а потом и подержанные иномарки. Страну захлестнула невиданная инфляция и ценники на товары менялись каждый день в сторону повышения. Тузы, кто был ближе к партийному руководству страны и к руководству отраслями экономики, а также к ресурсной базе, придумали, как это прикарманить и заявили: “ Кто был ничем, тот станет всем! *. Это лозунг революции 1917 года они стали использовать в свою пользу, только немного переиначили его  “Ваучер, как гвоздь в крышку гроба коммунизма! ”. То, что официально принадлежала народу в виде средств производства, перекочевало в акции за счет приватизации фабрик и заводов. Народ надували ваучеризацией всей страны, прикарманив все активы страны. За ваучер предлагали деньги или бутылку водки. Хотя с экранов телевизоров и заявили, что на ваучер можно будет купить машину “Жигули”, на самом же деле он стоил не больше пузыря. Появились миллионеры и миллиардеры, а старики остались у разбитого корыта, ибо скопленные за всю жизнь средства превратились в фантики.
    До перестройки в провинциальном городе, как Петрозаводск, можно было приобрести корпоративную квартиру по цене 15-20 тысяч рублей. Шахтеры, муж и жена с общим  стажем в подземке более 70 лет, скопили на сберкнижке к концу жизни 18 тысяч рублей. Началась перестройка и за несколько лет их деньги обесценились настолько, что при получении в Сбербанке всей суммы им как раз хватало на ящик водки. Одним словом, неиствовала перестройка, которой так обрадовались на Западе. Ибо можно было спихивать ширпотреб, от ножек Буша до жвачки и презервативов, взамен задарма получать дешевые ресурсы. В такую атмосферу и попал Мон, вернувшись на гражданку после трех лет службы во флоте. Он уходил охранять покой одной страны, а вернулся совсем в другую, где бушевали преступность и разгульная жизнь . Мон поначалу обрадовался гласности и свободе слова, но реальность оказалась не совсем то, что пропагандировали реформаторы. Они как рыба в мутной воде, прибирали к рукам все, что имело ценность и приносило доход. Угар вседозволенности скоро угас на фоне беспредела и разгула безнаказанности. Мон был в шоке.
    За три года во флоте он не сделал даже дембельский альбом с фотографиями. Когда старослужащие или годки занимались печатанием фотографий, он писал контрольные задания и сочинения, которые по почте отсылал в университет. На втором году службы заочно поступил в вуз на подготовительные курсы. Все свободное время уходило на чтение книг и на выполнение заданий из универа, которые он также получал по почте. Подготовительные курсы были платные. Морякам срочникам платили не много, 15-25 рублей в месяц. За обучение заплатили родители матроса. Мон понимал, что если после флота он сразу не поступит в универ, то он не попадет туда никогда, ибо придется идти работать, а это затягивает, как трясина. Впрочем, он был молод, полон сил и энергии и готов был горы свернуть!
   Уволился с армии Мон весной, приемные экзамены в университет- летом. Удобно. Есть время и отдохнуть после армии, и съездить в столицу сдать вступительные экзамены. Предки его жили в маленьком шахтерском поселке посреди леса.
    Экзамены на гуманитарный факультет он сдал успешно. Не зря два года готовился. Его зачислили на заочный факультет. Почему он выбрал заочный? Чтобы работать и содержать себя. В 21 год сидеть на шее у пенсионеров- родителей не хотелось. Дабы и на работе было время читать учебники и писать курсовые, ибо Мон устроился кочегаром в школьную котельную. Зарплата не большая, в разы меньше, чем у шахтеров. Но на жизнь хватает и, главное, на работе можно в тепле штудировать учебники. Наложил лопатой в телегу уголь из кучи на улице, завез в котельную, подбросил топливо в два котла и отдыхай 15-20 минут, пока уголь прогорит. За 12-часовую смену он успевал и уголь подкидывать, и котлы прочищать от шлака, учебники читать и курсовые писать. “Наш пострел везде поспел”- говорят в народе про таких людей. Мону не привыкать работать физически, но душа его просила большего. Он чувствовал, что кроме кингстонов, клапанов, лопаты и угля способен на большее. Поэтому учился, работал и снова учился. Редко кто заходил к нему в котельную, потому что располагалась она на краю посёлка. Но однажды поздним зимним вечером к нему нагрянули незваные гости.
   - Есть тут кто?! - раздался
 голос из открывшейся наружной двери котельной. Звук насоса заглушал человеческий голос и никто не ответил. Два человека ввалились внутрь, захлопнули двери и, мельком осмотревшись, подставили руки к дверцам топки. Оттуда шел жар. Они явно никуда не спешили и хотели согреться. Подержав минуту руки, они как по команде развернулись и к печи повернулись спиной. Подошли вплотную и стали греться. На мужчине из одежды были  только брюки, рубашки и носки, которые явно промокли. Обуви не было. На женщине одна ночная рубашка, полотенце на голове вместо платка, и домашние тапочки. На улице мороз минус 12 градусов.
    На землю падали крупные снежинки, накрывая свежие следы человеческих ног налетом снега. Следы от обуви не видно через пять-10 минут. Зимой навалило большие сугробы. Во дворах одноэтажных деревянных домов жильцы делали проходы среди заносов к уличным туалетам, сараям и хлеву с домашними животными. Лопатами возле проходов они насыпали снежные горки с человеческий рост. В такие глубокие сугробы любят прыгать дети с крыш сараев и домов. Родители предупреждают, чтобы случайно на частокол деревянного забора не сиганули. Особый шик-  спрыгнуть с крыши в сугроб и успеть сделать сальто. Зима в этих широтах у Полярного Круга длинная и снежная. Морозы в отдельные дни доходят до минус тридцати< градусов. По два, а то и по три раза в сутки приходится топить печи дровами, потому как другого отопления в домах не существует. Поэтому кладут печи из огнеупорного кирпича так, что кирпичный стояк занимает значительную часть квартиры. Комнаты расположены вокруг этого стояка, чтобы в каждой была кирпичная стена, от которой исходит тепло. Это нынче кладут камин для красоты с прямым дымоходом в трубу на крыше, а в старых домах дымоход идет змейкой в несколько волн. Горячий дым из топки нагревает стояк печи, создавая тепло в доме. Кстати, чем выше расположена труба, тем лучше тяга в печи. Поэтому у котельных ставят высокие в несколько этажей круглые железные трубы. Кочегары по ним не лазят. В из обязанность входит завозить в котельную уголь на тачке, подбрасывать в топку и в конце смены очистить котлы от шлаков.
    Вахтерка или небольшая комната отдыха с вешалкой, шкафчиком, столом и стульями расположена в углу котельной за дверью. Мон, отложив учебник и тетрадь, взглянул на часы. Прошло 15 минут и пора подбрасывать уголь в топку. С улицы надо привезти пару тачек угля. Он набросил на плечи фуфайку, надел ушанку, на руки напялил рукавицы и вышел из вахтерки к котлам. И сразу же увидел два привидения, которые грелись у топки. Мон сначала опешил: женщина в ночнушке с полотенцем на голове, босая и впрямь напоминала русалку или какимору болотную. Впрочем, все водоемы замерзли, покрыты льдом и метровым слоем снега. Откуда же она тогда взялась?  Мужчина тоже походил на лешего, который разгуливает на морозе в одних штанах и рубашке на голое тело. Иначе как объяснить появление в котельной среди угля двух полуголых чудиков? Мон опешил: не духи ли заявились в гости?! До лопаты, чтобы от них отбиваться, было далеко. Все трое минуту стояли в нерешительности. Гости заметили кочегара, появившегося в дверном проеме, и молча на него уставились.  Присмотревшись, истопник понял, что два товарища скорее представляли жалкое, а не пугающие зрелище. “Как и откуда они появились раздетые? На улице же холодно?”- невольно думал он. Подошел к ним поближе. Лица привидений ему показались знакомыми. “Может у них дом сгорел и они остались без одежды?”, - пытался понять происходящее Мон.
 - Доброй ночи! - поздоровался
 он. Мужчина и женщина в замешательстве смотрели на него и о чем-то, вероятно, размышляли. В их глазах виден был испуг и нерешительность.
  - Здравствуйте, - наконец
 произнес мужчина. - Мы в гости. Можно погреться?
  - Конечно, грейтесь. Угля не
жалко. Хотите я вас горячим чаем напою? Пошли в вахтерку. И чай есть, и пряники, и варенье. Там тоже тепло, согреетесь. К горячей батарее прижмитесь, и будет хорошо. Подождите только пять минут, я подброшу уголька в топку.
      Кочегар провел их в комнату и воткнул в розетку вилку чайника. Воцарилась неловкая тишина. Парочка молча сидела за столиком на лавочке, прижавшись спиной к теплой батареи отопления. Кочегар молча заварил чай, разлил его по железным кружкам, насыпал с пакета в металлическую миску печенье и пряники, которые он брал на работу к чаю. Наконец, он спросил:
 - Угощайтесь. Вы откуда?
Местные? Я в этом поселке не так давно живу и работаю в кочегарке, не всех знаю.
  - Да, местные. Меня зовут
 Андрей. Девушка- Света.
  - Очень приятно. Мон. А что
 вы в таком виде? На улице мороз. Как вас так угораздило?
  - Сейчас. Секундочку. Мы
посоветуемся.
    Андрей и Света вышли из комнаты в котельную. Через минут вернулись. Рассказ их был достоин сценария фильма из разряда романтических комедий. Они решили поделится с незнакомым человеком потому, что он новенький и мало кого знает в поселке. Им нужна была помощь в безвыходной ситуации. Возможно, кочегар им хоть как-то поможет, хотя бы с одеждой.
    Они были любовниками. Оба женатые. Андрей сказал жене, что вышел на ночную смену на работу. У Светланы муж ушел на две ночи на рыбалку с мужиками за 12 километров на лыжах. На лесном озере у них построена рыбацкая  избушка, где они ночуют. Но по неизвестным любовникам причинам муж вернулся домой на второй день вечером. Во дворе залаяла собака и через занавеску они к своему ужасу увидели, что он возвращается через двор плсреди сугробов. Пока муж снимал и укладывал в кладовке лыжи, им ничего не оставалось, как выскочить на улицу через окно во двор со стороны леса. Зачем убежала жена, она сама не поняла. Видимо испугалась. Уже на улице до нее дошло, что сделала оплошность, выскочив наружу. Другого теплого места, кроме кочегарки, вокруг не найти. Они обрадовались, что машинист котельной незнакомый человек и решили поделится с ним своим горем.
  - Интересная у вас история,
трагикомичная! - Не мог не съязвить Мон. - Чем я могу вам помочь? Какой выход из этой ситуации?
  - Не могли бы Вы одолжить
 Андрею свою одежду? Временно? - С надеждой в голосе спросила Света. - Он Вам вернет. Может он пробыть здесь до конца смены, до утра? А утром вернутся с рыбалки… - Ей, вдруг, стало самой смешно от такого каламбура.- С работы, конечно. Андрей же на работе...
  - Одежду я, конечно, принесу
 из дома. С собой у меня только одна куртка и штаны. Рабочая одежда хранится здесь в гардеробе. Я на работе переодеваюсь. А как быть с Вами, Светлана? Женской одежды у меня дома нет.
  - Надо что-то придумать.
Света скажет, что пошла к подружке ночевать. Одна дома боится оставаться. Может у подружек занять, Свет? - Придумал выход из положения Андрей.
  - Ага! Чтобы они завтра
разболтали по секрету всему свету?! Это же весь поселок будет знать. Меня муж убьет, если до него дойдет.
  - Дойдет-дойдет! Еще как
 дойдет! - Подтвердил Мон. - Ещё обрастает такими подробностями, которых и не было на самом деле.
  - А у вас есть подружка, у
 которой можно взять в долг пальто и сапоги зимние? Твой знает, во что ты обычно одеваешься при выходе на улицу? - Спросил любовницу Андрей.
  - Он не помнит, что на
последнее день рождения мне подарил… Он только знает, сколько у него сетей и удочек и как они выглядят.
  - Это хорошо.Подойдет любое пальто. - обрадовался Андрей.- Только у кого взять одежду?! Вот в чем вопрос…
  - Уменя есть друг детства. Он
 живет в этом поселке. После армии работает. Вроде у него утренняя смена. У него есть жена Маринка, - подумал вслух Мон.
  - А можете так у него
 спросить, чтоб Маринка не знала и не заметила пропажу вещей? Чтобы он незаметно вынес из дому? Мы вернем завтра же. Только кому вернем? Не Маринке же… - вдруг засомневался Андрей.
  - А зачем Маринке? Надо
 обратно Сереге и принести одежду незаметно,- предложила Светлана.
  - Ох, ребята! В авантюру вы
 меня втягиваете. А если Ваш муж узнает, кто все это провернул? Он меня тоже убьет? - Спросил Мон. Хотя самому было все это смешно и комично. Но он сдержался. Тут не до смеха. Они еще полчаса обсуждали разные идеи, где взять одежду. Например, снять на улице с бельевых веревок. Но зимой никто на улице одежду не сушит. Мало вероятности, что найдешь такой дом. Да и в каждом дворе на цепи сидят собаки, которые поднимут вой. Умного ничего так больше и не придумали.
   Мон подбросил в топку уголь и побежал домой за одеждой. До дому идти 15 минут. Любовникам велел запереть все двери изнутри, чтобы никто не зашел случайно в котельную. Через полчаса он вернулся с мужской одеждой и ботинками. Подбросил угля в топку и побежал к Сереге. Нужно было спасать попавших в переделку любовников. Серега с женой уже спали и ему пришлось стучать в окошко.
  - Мон, ты чего так поздно? -
открыв наружную дверь и впустив друга внутрь, спросил Сергей. - Случилось что?
  - Сережа, кто там? - Зевая в
 постели, из спальни спросила жена.
  - Да это Мон. У него срочное
дело. Спи.
     Мон на ушко в нескольких словах объяснил ситуацию. До Сергея никак не доходило, что от него требуется. Когда, наконец, дошло, он ответил:
  - Одежда жены висит в шкафу,
 а шкаф- в спальне. Никак не взять незаметно. В прихожей куртка и пальто зимние, которая она носит и утром наверняка заметит пропажу. Валенки в прихожей стоят, она их на работу утром не одевает и может не заметит. А как быть с пальто? Засада какая-то.
  - Думай, Серёга, думай! - не
 теряя последнюю надежду, взмолился Мон. - Может на чердаке или в подвале есть одежда?
   - Слушай! - Вспомнил Сергей.
 - Я вчера, точнее сегодня, выносил мусор. Мне кажется, на помойке лежала какая-то одежда, вроде я видел куртку зеленую. Может женская? Иди проверь.
    Взяв в охапку валенки и какие-то шерстяные рейтузы, лежавшие в прихожей, Мон ретировался. На помойке он нашел мешок с одеждой, из которого торчала зеленая куртка. В темноте непонятно было мужская или женская. Спасатель влюбленных вытряхнул наружу весь мешок. Там были старые женские зимние сапоги со сломанной молнией, трусы, лифчики, рейтузы, рабочие штаны и куртка. Он взял зимние сапоги и зеленую куртку. Подойдя к котельной, он постучал снаружи в двери как и договаривались: три стука по три раза. Парочка с нетерпением ждала спасателя из кочегарки.
  - Я не надену эту дырявую и
 страшную куртку. Лучше уж валенки, чем неизвестно кем поношенные сапоги! - возмущалась Светлана. Мужчины с трудом убедили ее одеть хотя бы это.
  - Кто тебя в темноте увидит,
Свет! Прошмыгнешь дворами в дом и выбросишь одежду на помойку. - Убеждал ее Андрей. На нем самом одежда сидела получше, хотя и оказалась маленькой по размеру.
    Спать этой ночью влюбленным было негде. В коровнике на сеновале не поспишь, холодно. Да и ходить по деревне вместе им не было никакого резону. Поэтому утром в 5 часов, пока люди не проснулись, они с разницей в 15 минут отправились по домам. Как они оправдывались перед своими половинками, не известно. Что и как врали, с каким выражением лица, можно только догадываться. Главное, что все закончилось благополучно. Никого в деревне не убили и не покалечили. Даже никаких слухов не поползло. Мон держал язык за зубами. Не в его интересах было навлекать гнев на себя как соучастника преступления. Единственное, что было непонятно супруге Сергея, это куда пропали ее колготки и валенки. Пропажу она обнаружила на второй день. Сергей отбрехался, мол, сама куда-то убрала и не помнишь. В ответ она покрутила у виска пальцем. Ей непонятно было странное исчезновение привычных вещей. Мужчина, даже если заметил пропажу, не обратил бы на это внимание и на второй день забыл. Женщины же сконцентрированы на мелочах и их долго терзают сомнения.  Впрочем, через некоторое время Марина о них больше не вспоминала, хотя не забыла. Но тогда впервые ее посетила мысль, которую она тут же отогнала от себя:” Может это первые признаки маразма?”
    Мон об этой истории тоже позабыл и продолжал трудиться и учится одновременно. На некоторые стороны современной жизни он обращал особое внимание и даже один раз написал темною ночкой в котельной письмо в редакцию районной газеты “Заполярье”. Ее выписывала почти каждая семья в районе и печаталась она два раза в неделю. Вот его содержание:
“ Уважаемая редакция газеты “Заполярье”!
Перестройка свалилась на страну и грянула, как гром среди ясного неба. Вместе с ней пришли гласность и свобода слова. Стало модным критиковать все: и хорошее, и плохое. Без оглядки на партийное руководство и высоких начальников. На страницах “Заполярье” все громче звучат призывы к реформам и самокритике. Начинать нужно с себя. Началась ваучеризация всей страны и каждый теперь станет собственником того производства, где трудится. Это все правильно. Но вот какие проблемы несут с собой реформы, о которых надо не просто говорить, но кричать!
   Антиалкогольная кампания привела к тому, что теперь разведенным спиртом “Royal” торгуют чуть ли не в каждом доме. На каждой улице есть подпольная мастерская, где разводят  и разливают по бутылкам спирт неизвестного происхождения и качества. Торгаши, кто наживаются на человеческих недостатках, не несут никакой ответственности за то, что они травят людей. У нас в поселке уже было несколько случаев отравления этим суррогатом. Люди слепнут от спирта и гремят крышкой гроба. Спроси у любого в поселке, кто торгует спиртом, и вам без ошибки назовут адрес. Эти торговцы наживаются на горе людей и никто не привлекает их к ответственности. В милиции только руками разводят и никаких мер не принимают. Может лучше сделать свободным доступ к алкоголю в магазинах и продлить время продажи алкоголя? Тогда деньги потекут в бюджет поселка, района, республики, а не в карманы прощелыг.
   “ Приватизация” превратилась в “прихватизацию”. Именно так называют ваучеризацию всей страны. Руководители предприятий через доверенных лиц за водку скупают ваучеры. Дошло до того, что машины с водкой стоят на улицах и площадях с табличкой”куплю (обменяю) ваучер”. Хочется надеятся, что рабочие станут владельцами производства. Но, судя по тому, что происходит, хозяевами. Они не станут никогда.
       ,С уваженим,
        Мон”.
      Раз а месяц на страницах газеты “Заполярье” появлялась рубрика “Письма наших читателей”. Перелистывая районкку, Мон наткнулся на следующий абзац: “Мы получаем немало писем наших читателей. Некоторые из них мы публикуем, а некоторые цитируем частично, взяв из них  главную мысль или идею. Не обессудьте, но размещать все письма целиком не хватит места на страницах газеты. И уж тем более, если они подписаны под псевдонимом. Например, в редакцию пришло письмо от неизвестного автора из неизвестного поселка под именем “,Мон”. Вот что он пишет: “ Дошло до того, что машины с водкой стоят на улицах и площадях с табличкой “куплю(обменяю) ваучер. Хочется надеяться, что рабочие станут владельцами производства. Но, судя по тому, что происходит, хозяевами они не станут никогда”.
Автор правильно пишет, но кто он сам, этот автор? Почему инкогнито? Редакция вправе не публиковать письма без авторства”.
      Мон прочитал этот опус и был возмущен. Он решил вступить в перепалку с газетой. В редакции работали люди, которые верили в перемены и в то, что “рабочие станут хозяевами предприятий”. Наивность и вера в светлое будущее исходили со страниц каждого номера газеты. Мон взял в руки листок чистой бумаги, ручку и стал писать ответ редакции, которая опубликовала лишь небольшую часть его первого послания.
“Уважаемая редакция газеты “Заполярье”!
Во-первых строках своего письма хочу сообщить, что я вовсе не собирался скрывать свои наблюдения и мысли под псевдонимом. Тем более, что школа, где я учился и поселок, где родился, знают меня именно под этим псевдонимом или кличкой, если хотите. В интернате так прозвали, не спросив на то разрешения. Впрочем, это не так уж и важно под каким именем я написал свое письмо. Главнее то, что объявлена гласность и стало можно высказывать вслух свои мысли и даже критиковать власть.
А критиковать есть что.
    Например, у нас в поселке в единственном магазине пустые прилавки. В достатке только спички, соль и конфеты карамель. Три раза в неделю приезжает хлебовозка с хлебом и продуктами из райцентра, и люди уже с утра занимают очередь, чтобы что-то досталось из продуктов, которых привозят недостаточно. Людям надо работать на шахте, содержать домашнее хозяйство, кормить скот, вспахивать все лето огороды, чтобы зимой не остаться голодными и иметь свои овощи в подвале. Люди пашут после работы осенью в лесу, чтобы набрать брусники и сдать ее скупщикам и заработать деньги. Чтобы потом на эти деньги в три дорога купить дефицитные товары, продающиеся из под прилавка или из под полы.
   Посмотрите, во что превратилась антиалкогольная компания? В магазинах водку стали продавать по талонам, две бутылки в месяц. Думаете, меньше стали пить? Нет. У кого есть самогонные аппараты, гонят самогон и продают его тайком. Одеколон пропал с прилавков, потому что его теперь предлагают алкашам вместо спирта. И вот новое явление, как оборотная сторона перестройки: люди где-то покупают спирт “Royal”,  разводят его, разливают по бутылкам и продают с дома в любое время дня и ночи. Это становится повальным бизнесом: на каждой улице есть дом, где бодяжат и продают спирт с рук.
Разве для этого начиналась перестройка? Не ради же беспредела! На автострадах стало опасно ездить: там разбой и грабежи. Бандиты вышли на большую дорогу и никого теперь не боятся. Разгул преступности гуляет по стране.
Вот об этом я хотел рассказать на страницах любимой газеты “Заполярье”. Надеюсь, в этот раз вы не побоитесь и опубликуете это письмо полностью.
С уважением,
Алекс Суомолайнен”

 И дальше понеслось-поехало! На этот раз редакция опубликовало письмо полностью.  Мон был горд и ходил по деревне с высоко поднятой головой. Он вдруг ощутил себя звездой экрана. Почти в каждом доме выписывали “районку” и читали ее всей семьей по очереди. В деревне вдруг появился свой “писака”. Тогда интернета и мобильных телефонов еще не было. Не в каждом доме и квартире имелся обычный стационарный проводной телефон, который подключался к коммутатору или поселковой телефонной станции. Поэтому новости узнавали по телевизору, радио и местные со страниц районной газеты.
   Жители поселка стали на Мона смотреть исподлобья. А некоторые даже подходили и давали советы.
  - Ты бы написал, что коровник
 собираются закрывать.  Коров всех перерезать, пустить на мясо. А как же потом жить без свежого молока? Бей в колокола! Пожалуйся районной власти.
  - А ты слышал, что слюдцех
 будут закрывать? И где работать? Работы-то больше нет в поселке. А мне до пенсии осталось три года. И как жить? На что жить? Совсем охренели!
  - Напиши, что трактор стоит,
тракторист шарится по поселку целыми днями и бухает. Что-то сломалось в тракторе, а запчастей нет и достать их негде теперь.. В ГОКовском гараже тоже техника стоит без ремонта по той же самой причине. Кто нам теперь дрова привезет из лесу? Зимой печи топить надо. По два раза на день. У нас на обогрев дома уходит 15-20 кубометров древесины. Это целый трактор трелевочник.
  - А ты знаешь, что Манька от
 Ваньки гуляет? Только я тебе этого не говорила! Это по секрету… Не! Писать об этом в газету не надо. Это я просто так тебе сказала, чтобы знал.
   - Светка с Колькой обнаглели:
 спиртом торгуют! Все мужики к ним опохмелится бегают. Обдирают семьи, крохоборы. Напиши, напиши об этом в газету! Пусть милиция приедет и закроет эту подпольную лавочку!
   - В школе нет учителя истории
 и географии. Математичка преподает нашим детям предметы! Ну, чему она их научит? Никто из учителей к нам в деревню не едет. Жилье неблагоустроенное. За водой на колодец, туалет на улице. Раньше учителей после вузов отправляли в село работать по набору на несколько лет. Некоторые выходили замуж и оставались. А теперь что? Загнется скоро наша деревня.
Шахту скоро закроют.
Слюдцех и пилораму закрыли. Все к тому и идет. Ох, хлебнем мы еще горюшка!
  - Ты знаешь, что с гаража
стали металлолом таскать? Разворовывают по ночам, станки курочат, инструменты тащат. А потом отвозят это и сдают в пункты приема лома. За копейки сдают, но не свое же, колхозное, не жалко!
    С такими рассказами к Мону обращались местные жители. Они наивно верили, что публикация на страницах районки исправит ситуацию. Сами они по-разным причинам не писали в газету. Кто-то безграмотный, у кого-то рыльце в пушку, а кто-то не желал на себя навести гнев соседей. Такие непонятные дела происходили в карельском поселке в начале 90-х годов.
     На Западе же перестройку и гласность восприняли совсем иначе. Открылся рынок, граница потекли товары в одну сторону, а в другую ошарашенные туристы, которые скупали все подряд.
Кстати, что думают через 35 лет в 2025 году о перестройке в соседней с СССР капиталистической стране? Послушаем. Утренний прямой эфир на радио. Двое постоянных ведущих в рубрике “День в истории” рассуждают о важных событиях, выпавших именно на эту дату. Перевод:
“ Этот день в истории памятен также тем, что в СССР к власти пришел Михаил Горбачев. Начались светлые времена и на Восток стали смотреть свободно и с надеждой”. Таково восприятие перестройки в сознании западных средств массовой информации. Вряд ли им интересно знать о том, что происходило в СССР на самом деле. Впрочем, пропаганда хорошо работает во все времена. Но, вернемся в начало 90- в обычную школьную котельную.
     Мон, став звездой печати, узнавал не только последние новости, но и деревенские сплетни. Кто с кем гуляет, кто ворует, кто торгует, кто самогон варит и у кого с кем конфликты. Не подходили к нему с идеями о чем-то написать те, у кого рыльце в пушку. Кто спирт бодяжил, металлолом разворовывал или доски с пилорамы тырил. Они молчали, как рыба об лед и идей, о чем написать в газету, никаких не предлагали. Это обычное явление, когда у человека проблемы с моралью или с совестью или даже с законом, он старается не рисоваться и оставаться в тени. Но и среди этих людей бывают исключения из правил. Некоторые недобропорядочные граждане громче всех и во всю глотку на каждом перекрестке кричат и ругают всех и вся. Они, как знамя на баррикадах, обличают негативные стороны жизни. Это происходит как в поговорке: в чужом глазу занозу видим, в своем бревно не замечаем! Обычно такие граждане с атрофированной совестью или вообще с отсутствием таковой. В их глазах отражаются медные монеты, бутылки со спиртным или зависть, как стимул для возмущения.
   Мон, тем временем, вошел во вкус писанины. Он регулярно стал отсылать письмом заметки в редакцию. На страницах газеты их публиковали, иногда без правки и сокращений. Он превратился во внештатного корреспондента, работающего на местах. Что на него нашло, откуда такая творческая прыть? Не понятно, если не заглянуть в недалекое прошлое. Еще когда он писал сочинения в школе по литературе, а также  в армии на подготовительных курсах для поступления в университет, преподаватели его хвалили и оставляли лестные отзывы. Вот лишь одна цитата из оценки сочинения по роману Л. Н. Толстого “Война и мир”: “ Вы хорошо описали характер главных героев и эпоху, в которой они жили. Это действительно было время всеобщего патриотического подъема и ни у кого не возникало сомнений в том, что надо защищать Родину от нашествия Наполеона. Наташа Ростова и Андрей Болконский невольно стали заложниками этих событий и если бы не война, все бы было совсем иначе. Знание истории помогает окунуться в водоворот тех событий и лучше понять характер героев. Их диалог влюбленных, наверное, можно отнести к разряду лучших мировых литературных шедевров . За содержание Вашего сочинения самая высокая оценка! “
А тут он вдруг прославился на весь район, описывая жизнь в одном из двух десятков шахтерских поселков района. Он вошел во вкус и строчил статьи между курсовыми и контрольными работами. Местом творчества стала кочегарка. Не самое чистое место среди куч угля вокруг котельной, но теплое и с отдельной вахтеркой размером 6 кв. метров с деревянными столом, стулом, и лавочкой, на которой можно вздремнуть час-другой в ночную смену. Однажды в котельную нагрянули незваные гости. 
     Это случилось посреди рабочей смены.  Вокруг кочегарки лежал потемневший от угля и шлака снег. Солнце не появлялось на небе уже больше месяца и дни из-за облачного неба стояли серые и хмурые. Ночь от дня мало чем отличалась. Снег скрипел под ногами, как колеса старой телеги. Над крышами домов струйками поднимался дым. Над домами он был серый, а над котельной черный. Печки в домах отапливались дровами, в кочегарке углем. Поэтому и дым из железной трубы над котельной шел черный.
На дворе стоял обычный зимний день. В школе шли уроки, в котельной рядом кочегар поддерживал огонь в топках и между делом писал очередную курсовую тему “ Философские школы Древней Греции. Софисты и стоики”.  И вдруг к котельной подкатил коричневый “козлик” или автомобиль УАЗ. В поселке таких новеньких не было и, явно, он прибыл из далека. Из машины вышла женщина средних лет с папкой в руках и в дорогой норковой шубе. На ногах у нее были фирменные финские сапоги. На фоне куч угля и шлака она выглядела как из другой планеты. Водитель “УАЗика”, мужчина лет 45, был так же одет шикарно для этих мест: кожаные куртка и кепка, дорогая импортная обувь и джинсы с этикеткой “Levis”. Они с небрежностью осмотрелись вокруг, будто попали в болото с лягушками, увидели дверь котельной и направились по грязной от остатков угля тропинке внутрь кочегарки. На ее фоне они и впрямь выглядели нелепо.


Продолжение следует.