Брестская крепость или То утро... песня

То утро холодное двадцать второго июня
Не пахло тревогой и страхом, не пахло бедой.
То утро не ждало ни бомб, ни снарядов, ни пули
Нацистов, идущих за чёрной звездой.

Ощерившись в люнетах, равелинах, бастионах…
Попав в кольце врага под бурю полутонных бомб
В бескрайнем мужестве горя в огне Армагеддона
И в штыковом бою сломав захватчика апломб.

Брестская крепость,
Крепость-герой,
Вражеских натисков смело держала волну за волной
Перед фашИстской свирепостью встала недвижной стеной
В силах неравных давала захватчику яростный бой!

В твоих стенах был тридцати национальностей союз.
В твоих стенах стоящий насмерть за родимый край
Писал солдат советский: "Родина, прощай!
Я умираю,
Но не сдаюсь."


То утро холодное двадцать второго июня
Ознаменовало начало великой и страшной войны.
Фашисты напали, пуская на землю советскую слюни,
Но Брестская крепость держала блицкриг у кирпичной стены.

Измученные жаждой в руинах цитадели,
Не сломленные духом на выжженной земле
Держали оборону неделю за неделей
Отчаянно сражаясь во вражеском котле.

Брестская крепость,
Крепость-герой,
Вражеских натисков смело держала волну за волной
Перед фашИстской свирепостью встала недвижной стеной
В силах неравных давала захватчику яростный бой!

В твоих стенах был тридцати национальностей союз.
В твоих стенах стоящий насмерть за родимый край
Писал солдат советский: "Родина, прощай!
Я умираю,
Но не сдаюсь."

Брест,
Ты видел шквал огня с небес.
Брест,
Твоей отваги манифест
Был виден праотцам с небес.
Великий Брест.
Великий Брест.

Из воспоминаний бывшего немецкого офицера:
"Наш генерал поздравил всех со взЯтием Брестской крепости и стал вручать награды, в это самое время из подземных казематов крепости вышел высокий подтянутый офицер Красной Армии. Он ослеп от ранения и шёл с вытянутой левой рукой. Правая рука его лежала на кобуре пистолета, он был в рваной форме, но шёл с гордо поднятой головой, двигаясь вдоль плаца. Дивизия стояла, застыв. Неожиданно для всех немецкий генерал вдруг четко отдал честь советскому офицеру, последнему защитнику Брестской крепости, за ним отдали честь и все офицеры немецкой дивизии... Красноармейский офицер вынул из кобуры пистолет, выстрелил себе в висок... Вздох прошёл по плацу... Мы стояли, поражённые увиденным... поражённые мужеством этого человека..."


В твоих стенах был тридцати национальностей союз.
В твоих стенах стоящий насмерть за родимый край
Писал солдат советский: "Родина, прощай!
Я умираю,
Но не сдаюсь."

Я умираю,
Но не сдаюсь.

Я умираю,
Но не сдаюсь.