что воля... что неволя...

...И Мелиан оградила своей силой весь тот край —
вокруг него встала будто стена из теней и чар — завеса Мелиан,
сквозь которую никто не мог пройти против её воли или Тингола...
И эти укрытые земли, что долго звались Эгладором,
стали называться Дориафом, ограждённым королевством,
Землёй Завесы...
(Дж. Р. Р. Толкин "Сильмариллион")

… … …
15:38 И завеса в храме раздралась надвое, сверху донизу…
15:39 Сотник, стоявший напротив Его, увидев, что Он так возгласив, испустил дух,
          сказал: «истинно Человек Сей был Сын Божий»…
… … …
(Евангелие от Марка)



Здравствуй, светлая Дева Весна...
мы тебя, если честно, не ждали, –
не сыскать в нашем Царствии Сна
ничего кроме вящей печали...
Здесь не слышно чириканья птиц,
нет цветов среди залежей снежных,
тут, утратив сияние лиц,
мы похожи на мрачную не́жить…

Участь эта довольно страшна́:
позабыть про тепло и про ласку, –
вдруг получится, Дева Весна,
оттереть наши лица от ваксы?
От границ наших веет недобрым,
даже звери таятся в пещерах, –
тут любой обделён и обобран,
иль замешан в преступной афере.

Гнёт разлада достиг апогея,
что нам воля теперь, что неволя...
Где-то реки текут голубее,
а у нас в ржавой ря́би — от боли.
Ошалела безумствуя старость
от дешёвых интриг в кулуарах, –
вот бы сгинула втуне их ярость
в сотворённом их дурью кошмаре!

Мимо нас всё плывут облака 
белой пеной в колодезе синем...
Наши чаянья сонны пока:
просыпаться пора, — разъясни им!
Чистым голосом песню напой,
растопи лёд кипучей любовью, –
окрыляясь тобой, шебутной,
мы нарушим обет хладнокровью.

Возверни в наш дремотный покой
детский смех и задорные танцы!
Не желаем юдоли смурной, 
ведь отрадней зарёй любоваться,
грезить старой забытой мечтой
под соловушек звонкие трели
и вдыхать, запьянев головой,
аромат свежих гроздьев сирени…

Пробуди, Дева-Рада, скорее!
От лукавых заклятье досталось, –
мрак в душе одолеть сумеем,
нам и надо-то — самую малость...
Оживи нас, и мы встрепенёмся,
разорвём навсегда путы дрёмы,
ни к чему произвол вероломства,
если мир твой красив и огромен.

Хоть тебя мы не ждали вовсе, —
Благодать судьбоносней неволи!
Избави́ нас от чар бесовских,
дай почуять блаженство, мирволя.
Удивишься преображенью! —
не узнаешь, какими мы станем, –
всемогущим твоим веленьем 
неземным залучи́мся сияньем!





…Плоть наша есть завеса нашего храма, то есть ума. Итак, сила, которую плоть имела над духом,
раздрана страданиями Христовыми «сверху донизу», то есть от Адама до последнего человека.
Ибо и Адам освятился страданиями Христовыми, и плоть его уже не подлежит проклятию и тлению;
напротив, все мы почтены нетлением. Сотник, то есть начальник над сотней воинов, увидев,
что Он умер так владычественно, удивился и исповедал. Заметь же, как превратился порядок!
Иудеи умерщвляют, язычник исповедует; ученики разбегаются, жены остаются.
«Были, — говорит евангелист, — тут и женщины; между ними была и Мария Магдалина,
и Мария, мать Иакова меньшего и Иосии», то есть Богородица…
(Архиепископ Феофилакт Болгарский)

Post scriptum:
Борис Рыжий "Живу во сне"

Живу во сне, а наяву
сижу-дремлю.
И тех, с которыми живу,
я не люблю.

Просторы, реки, облака,
того-сего.
И да не дрогнула б рука,
сказал, кого.

Но если честным быть в конце
и до конца —
лицо своё, в своём лице
лицо отца.

За этот сумрак, этот мрак,
что свыше сил,
я так люблю его, я так
его любил.

Как эти реки, облака
и виражи
стиха, не дрогнула б строка,
как эту жизнь.