клятва

я залижу все твои слезы даже раненными губами,
пусть соль вопьется в кровь, отниму твое днк, и
мы станем единым целым:
один цвет глаз, текстура кожи, волосы,
той же россыпью родинки на лице белом
и шрам с шестью полосами.


пусть меня узнают по твоему запаху:
в нем больше не слышно страха,
не слышно тревожности и стеснений.
ты станешь моим светом, я твоей тенью.
я с большей нежностью отнесусь к телу:
никаких ножей, укусов, увечий.


обниму себя пальцами по спине бегло,
а может и медленно, чтоб увековечить.
улучшу качество волос, уберу раздражение
на твоей огрубленной коже, сведу партаки.
ты и я теперь новые личности; сражение,
ненависть к себе и боль уберу под замки.


я больше не буду бить зеркала,
там теперь ты — улыбаешься ярко,
и все еще течет дрожащая слеза.
языком захватываю: солено и сладко.


и даже когда я вылезу из позвоночника
на размер больше моего, обещай признаться
в том, что было больно до лезвий в косточках,
а теперь страшно терять кого-то, не прячься.


а я от себя клянусь: научусь доверять отражению.
оголю свое прошлое огню, не обжигающему
меня,
а лишь по-настоящему душу греющее.
и я позволю тебе в себе нырять,
ковырять как в помойке... не скалься,
я исправлю: как в галерее или в альбоме.


оскорбления выброшу, но давай на мизинцах:
хотя бы друг перед другом научимся быть слабыми,
не тащить все на себе, хоть мы, конечно, не принцы,
мы рыцари. но я бросаю меч и шлем, не боясь палача.
и ты, друг мой милый, снимай броню догола.


я приму тебя настоящим, греховным, порочным,
с постыдными наклонностями, нетипичным прочим,
грязным прошлым; с разорванными клапанами сердца,
гнилыми костями ребер, духами с розовым перцем.
а ты прими в свой уверенный мир неуверенную меня,
трусливо шагающую вперед на носочках в тир.
теперь пули летят не в мои микро-версии себя,
а в недостатки, что сделали меня фриком.


займи у меня все хорошее, что есть,
а я разделю твое.
сидишь напротив меня, слушаешь стих
здесь,
и мы наконец вдвоем.
да и может быть навсегда,
если научишься ценить того,
кто научился ценить себя.


и неважно: сепарация душ или симбиоз.
я возьму перо, ты натяни папирос,
и мы напишем новую книгу.
о том, как нити вселенной обстригли,
чтобы умереть, но встретиться вновь
и в словарь прожитой жизни наконец добавить
термин «любовь».