Но кто-то, оставил в моих волосах запах роз

Октябрь  полоскал в серой луже сухую листву.
Я клеила свет из осколков разбитого дня.
Чертила на стёклах узоры: "Тебя не зову",
Но вирус незваный внутри повторял: "Ты — моя".

Я выжгла твой голос из памяти, словно тату.
Залив пустоту остротою язвительных нот.
Но ты просочился — и мир мой слетел в пустоту,
А разум забился в свой самый глубокий цейтнот.

Касался — и схема внутри замыкалась на взрыв,
Сбивая протест, проходя сквозь меня до конца.
Внедрял аксиому "так надо!", мой код упростив,
Губами стирая защитные знаки с лица.

Ты въелся навечно, вписав на подкорку свой код,
Как чип или метка на левом сердечном краю.
Стучал дождь по стёклам, мне всё предсказав наперёд,
А пульс мне твердил: "Я в агонии, я догорю".

Внутри сквозняки и перронная серая стынь.
Качает, как будто стою на краю мостовой…
…Ну всё, твой экспресс… ты ушёл, рассыпая листы.
И к дьяволу голос – тот самый, с твоей хрипотцой!

Когда-нибудь, буду смеяться над этим всерьёз,
Над странной болезнью, что душу мою извела.
Но, кто-то, оставил в моих волосах, запах роз,
И я до сих пор, эту горечь, в себе не сожгла...