девочка, которая все сама

Девочка, которая всегда все сама,
Привыкшая двери закрытые вышибать с ноги,
Вдруг чувствует, что выжата, вылита вся до дна,
Учится робко впервые просить: «помоги».

В устах ее слово это коряво звучит
Слышатся в нем упреки, обида, защита.
Внутри у нее это слово как рана болит,
Кровочащая, рваная, не зашитая.

Девочка, которая всегда все сама,
Ломает себя, обращаясь трусливо к другим,
Невсемогущая. Ей и признать то это — беда.
А тут надо вслух кому-то сказать «помоги».

В глазах ее бегло читается страх и тоска,
Больше не может справляться, не может быть сильной.
Но, если откажут, осудят, где там позора доска?
Вывесят ведь туда, с подноготной, с фамилией.

Девочка, которая всегда все сама,
Не доверяла другим, и для этого есть объяснения.
Привыкла, казалось. Но рушится даже скала,
Когда каждый день цунами, пожар, наводнение.

И вот она, зубы сжав, и смелость собрав в кулак,
Шепчет, потом кричит: «ПОМОГИТЕ, Я ТАК УСТАЛА».
Падает, сдается, выбрасывает белый флаг.
А в ответ: «а чего же ты раньше молчала?».