Послесмертие цезаря
Я лежу у белых лож
среди мусора и стёкол,
провожая свою дрожь
в царство тьмы
и кровостёков.
Руки вымыли. Идут.
Потирают лбы, запястья.
И зачем-то врут, что Брут
тоже к этому причастен.
В голове песок, бетон
и порхающие птицы,
а в дверях центурион
и рыдающие жрицы.
ДЕКАДАНС, 1997
Свидетельство о публикации №125040907476