Ему-то было двадцать восемь,
Но как иначе поступить?
И никогда уж мы не спросим,
Как смог он борт свой посадить.
Объятый пламенем в кабине,
Он думал, как детей спасти,
Что было десять в той машине,
Подбитой немцами в пути.
Он вёл, терпя боль от ожогов,
И слышал сзади детский плач.
Где мужество, там нет порогов,
И нерешённых нет задач.
И лишь потом он прошептал:
"Как дети? Все ли будут жить?"
Услышав "да", героем пал.
Не мог иначе поступить.
Александру Мамкину
© Copyright: Сергей Антонюк, 2025
Свидетельство о публикации №125040706909
Свидетельство о публикации №125040706909
Рецензии
