Глава 29. Ки

Багряные листья кружились от ветра, создавая спиральные галактики в осеннем саду Политеха. У Камня Марии Магдалины студенты нервно ворковали перед первой аттестацией. Они суеверно и обязательно тайно ложили монетки на гранитный параллелепипед с надписью «тут будет возведён храм М.М», уверовав, что та самая Магдалина после всех известных приключений стала сведущей в вопросах мироздания и ядерного синтеза. За сессию можно не бояться.

Ки издали помахал рукой Ларисе Весельской, идущей к Камню. Стайка студентов, активно щебеча, как воробьи перед дождём, вспорхнули в глубь парка, оставив дымку «прекрасного далёка».
 
Сосновый запах парка, храбрые белки, пугливые студенты, пожилые пары и гуляющие спортсмены с собачками – все, конечно же, настраивало на деловую встречу.

Ки достал из сумки маленький букетик из трёх крошечных хризантем.
– Дарю за стихи! – серьёзно произнёс ассистент, но тут же поправил, – Вернее дарит вам Кирилл Кириллович. Он наш босс. Вернее, начальник. Наш главный. – Ки криво улыбнулся. – Вас просят писать все, что видите, что чувствуете, а мы определим, где было что-то необычное. Что есть сигнал, так сказать. Из другого мира. Вполне возможно, все будет зря... Вы, скорее всего не согласитесь. Однако мы знаем, что вы постоянно пишите, каждый день что-то новое и необычное. Я. То есть мы. Вернее, Кирилл Кириллович не могу. Не можем! Да, мы вам не можем обещать зарплату.
– Откуда вы знаете, что я каждый день что-то сочиняю? – вспыхнула Лариса. – Я всегда инкогнито или чаще всего в стол…
– Инкогнито для меня. Кгм. Для нас инкогнитов не существует. – Ки холодно обвёл взглядом парк, как будто за каждой сосной стоял по инкогнито и строчил свои « бездарные пасквили», как промелькнуло в уме Ларисы.
– Я согласна! – пожала она плечами, опустив глаза. – Не то что точно согласна… Да что там я могу изобразить? Есть люди более способные к этому. – Она поднесла к лицу хризантемки и с уже строгим выражением лица поместила их аккуратненько в глубь своей большой сумки.
– Наш К.К знает. Кгм! Мы… знаем о существовании Белки. Знаем, что вы много времени к ней привыкали, нервничали, даже думали, что это болезнь такая. И вот. Пора, мы полагаем, вы согласитесь, с этим всем что-то делать! Что-то полезное для… Кгм. Человечества. – Ки впервые улыбнулся. – Мне поручено только предложить и дать адрес, емейл для так называемых отчётов. И уехать в экспедицию в страну ***. Понимаете? – Ки закурил, тем самым скрыв от глаз Лары ту самую улыбку. И предложил спутнице сигарету.
– Нет-нет. Я не курю. Хотя вру. Курю. Редко. Когда выполняю невыносимую работу или то, что должен был делать вместо меня мужчина. А сейчас мне незачем… И надолго в экспедицию?
– Не меньше чем на два года! – поспешно выговорил Ки и заметно погрустнел.
– Жалко. – Лариса тоже погрустнела.
– Пойдёмте в Зоопарк – неожиданно предложил Ки. – И будем на «ты».
– Хорошо! – Лариса обрадовалась.
***

Потом были клетки с ламами, верблюдами и прочими совами. Медведь спал за мощными прутьями. Тигры в вольере отсутствовали из-за какого-то карантина.
Маленький павильон с морскими обитателями, приехавший на гастроли привлёк внимание. Но ничего из этого Лариса не запомнила. На предложение покататься на колесе обзора отказывалась полчаса. К тому же среди посетителей кроме одной старушки с внуком никого не было. «Мы как придурки что-ли будем там маячить?» – рассказывала она своей сестре Агате про то чёртово колесо. «Я так и знала, что мне не понравится!». « Зачем вообще эти колёса выдумали?»
Лебеди в озере. Красивые. Я будто предчувствовала!» «Нет! Ки умышленно привёл меня к лебедям и что-то хотел сказать, но никак не получалось. А потом!»

При расставании Ки оставался серьёзным и строгим. Вдруг не соответствуя внешнему настроению, он выдал:
– После нашего знакомства с помощью Кота. Ой, не так выразился. После знакомства с вашим Котом. Что-то я сегодня не очень. После лекции, где нас познакомил студент Кот, ты написала один стих. Ммм. Очень понравился.
– Ах да! Инкогнитов для вас же не существует. Я запомнила. – усмехнулась Лариса.
– Твой стих. Вот я его даже себе рукописно записал. – Ки протянул листок бумаги и снова закурил.

Серым пеплом навеяно

Серый пепел
На серой лире…
Это так просто –
И даже смешно.
На тротуаре осеннего
Мокрого мира
Без поцелуев…
Любить – не грешно.
В сером тумане
На серых озёрах
Лебеди серые
Спят без забот.
Кто-то вдруг в чёрном
Мучительно дорог,
Свернул неожиданно
За поворот…
Серый вокзал
Даже летом серый,
Если поезд не едет
Тысячи лет.
В золоте небо пусть
Даже при серой вере!
И дальним в обгоне
Мне – серым – свет.

Я серые будни
Скрепляю в цепочку.
В серый обветренный –
Мельхиор.
Серыми нитями
Шью по страницам
Отстрочки.
Не заблудиться б,
Не смолкнуть,
Не раствориться в сор!

Ну а обгоны –
О них нет и речи…
Серым асфальтом
Идти… – Спокойней
Туман…
Серою тенью
Идёт мне навстречу –
Кто с пеплом
Всё шепчется.
Тоже.
Сам.

Лариса стойко молчала.
– Можно я буду считать, что стих посвящён мне? – Ки курил и курил.
– Ничего не могу сказать, – продолжала с выдержкой Лариса.
– Значит так тому и быть. Мне. – подчёркнуто холодно сказал Ки.
На этом наши герои расстались на долгие-долгие времена.

 
.
.